Пять пьес о войне полностью

ГОЛОС ВЛАДИМИРА. Галя, она еще вечером вчера приехала.

ГАЛИНА. А, ну ладненько тогда.

ГОЛОС ВЛАДИМИРА. Может, позвать ее?

ГАЛИНА. Да нет, пусть отдыхает, Володя.

ГОЛОС ВЛАДИМИРА. А что ты хотела?

ГАЛИНА. Да ничего, раз никто не едет. Пока, Володя.

ГОЛОС ВЛАДИМИРА. Пока.

Галина убрала телефон.

ГАЛИНА. Ой, господи, помоги мне.

Галина ушла. Сергей прошел в здание станции и, не снимая с плеч рюкзак, сел на скамейку. Подъехала электричка, Сергей обернулся на звук, повернулся обратно, электричка уехала. Сергей сидит на скамейке. Вошла Галина, увидела Сергея, остановилась. Сергей обернулся.

СЕРГЕЙ. Мама! (поднялся) Стой, не иди.

Сергей пошел к Галине. Галина, беззвучно смеясь, прижала руку к груди. Сергей подошел, подставил руку.

СЕРГЕЙ. Ой, мама, мама…

ГАЛИНА(схватила Сергея за рукав). Сынок, не волнуйся, я приползла (ткнулась в Сергея лбом).

СЕРГЕЙ. Нет слов, понимаешь?

Галина и Сергей пошли к скамейке.

ГАЛИНА. Разве это хожу? Я ползаю.

СЕРГЕЙ. Что-то мало верится (остановились возле скамейки). Садись. Спринтер.

ГАЛИНА. Спринтер, говоришь (села на скамейку).

СЕРГЕЙ. Я тебя буду ругать, мама.

ГАЛИНА. Госпидя.

СЕРГЕЙ. Вот и госпидя. Будет госпидя тогда. Столько шла, мама!

ГАЛИНА. Сынок, ну что я, уже совсем немощь старая, по-твоему?

СЕРГЕЙ. Мама, по мне — сто лет.

ГАЛИНА. Ну-у. Хотя б девяносто, как бабушка.

СЕРГЕЙ. А лучше сто. Чтоб вот так вот со станции на станцию, со станции на станцию.

Галина беззвучно смеется.

СЕРГЕЙ. Очень смешно, да?.. И смеется сидит (сунул руки в карманы, смотрит вперед).

ГАЛИНА. Садись.

СЕРГЕЙ. Не хочу.

ГАЛИНА. Вредный какой.

СЕРГЕЙ. Да, вредный.

ГАЛИНА. Ну в следующий раз уже, конечно, я не пойду.

СЕРГЕЙ. И в этот так надо было, да, идти? Я бы уехал, и все.

ГАЛИНА. Уехал бы, сынок, уехал. Садись, не стой, в ногах правды нет.

СЕРГЕЙ. Да не хочу я, мама (сел).

ГАЛИНА. Сядь-садись, присядь.

СЕРГЕЙ. Уже сижу, сижу я, мама.

ГАЛИНА. На Минск электричка шла, да? Иду, думаю: «Господи, это мой Сергей, наверное, едет».

СЕРГЕЙ. Ну.

ГАЛИНА. Ну вот я когда вошла, это электричка на Минск уехала?

СЕРГЕЙ. А какая еще, мама? Надо было ехать мне.

ГАЛИНА. А я иду, думаю: «Господи, ну точно Сергей уехал».

СЕРГЕЙ. Не уехал, как видишь.

ГАЛИНА. Меня пожалел, да?

СЕРГЕЙ. Не тебя точно.

ГАЛИНА. У-у. Вредный. А кого?

СЕРГЕЙ. Ай, никого.

ГАЛИНА. Захотел, чтоб шашлычки поели Катя с Сашкой? Правильно.

У Галины зазвонил телефон.

СЕРГЕЙ. Ответь, мама.

ГАЛИНА. Да пошел он.

СЕРГЕЙ. Не надо, ответь.

ГАЛИНА. Не хочу.

СЕРГЕЙ. Ой, ответь.

Пока Галина доставала телефон, звонок оборвался.

ГАЛИНА. Сам перестал, видишь?

СЕРГЕЙ. Посмотри, кто.

Галина посмотрела, кладет телефон обратно.

СЕРГЕЙ. Надя?

ГАЛИНА. Нет (положила руку Сергею на колено). Все переживем, сынок.

СЕРГЕЙ. Людмила Ивановна?

ГАЛИНА. Нет. Кто еще?

СЕРГЕЙ. Не знаю.

ГАЛИНА. Рунец Володя. Ох, сынок, я бы все отдала, лишь бы тебе помочь. Чем мне тебе помочь?

СЕРГЕЙ. Ой, мама, так плохо, не могу.

ГАЛИНА. А что тебе делается?

СЕРГЕЙ. Вот всего как будто стягивает, как будто сжимает какими-то пружинами. Все тело. Что, ну вот я сказал, ты щас будешь трястись.

ГАЛИНА. Да не буду я трястись. Всё переживем, все переживем.

СЕРГЕЙ. Мне, понимаешь, мама, мне Россия дала все. Карьеру, успех, деньги.

ГАЛИНА. Понимаю, сынок.

СЕРГЕЙ. Но это дал не Путин.

ГАЛИНА. Ох (убрала руку с колена Сергея).

СЕРГЕЙ. Вот сразу убрала руку, да?

ГАЛИНА. А куда я убрала, я могу обратно (хочет положить руку Сергею на колено).

СЕРГЕЙ. Да не надо, мама (убрал руку Галины).

ГАЛИНА. Не надо, так не надо. Господи. Как скажешь, сынок.

СЕРГЕЙ. Все уехали, мама (пересчитывает, загибая пальцы). Ваня уехал, Алена уехала, Дима давно, Вася уехал, Алена, жена его.

ГАЛИНА. Но кто-то ж и остался, кто-то ж и остается.