Пять пьес о войне полностью

ПАВЕЛ. Вот только на кнопочки нажимайте.

ГАЛИНА. Слушай, если все будут нажимать на кнопочки, то кто за эти кнопочки будет платить? Я нажимаю, ты нажимаешь, Надя нажимает, все нажимают. А кто хлеб будет растить? Кто на тракторе ездить будет? Ага. Так что не говори ты. И где они, твои бешеные деньги?

Павел достал из кармана карточку.

ПАВЕЛ. Вот здесь.

ГАЛИНА. И сколько здесь?

ПАВЕЛ. Ноль (положил карточку обратно).

ГАЛИНА. А почему?

ПАВЕЛ. В смысле?

ГАЛИНА. Ну вот и в смысле. Ты что, перевел их в дорогую квартиру, в машину, в собственное дело? Почему у тебя там ноль?

ПАВЕЛ. Я не понял.

ГАЛИНА. А что тут непонятного, Паша? Все понятно.

ПАВЕЛ. Вы в современной жизни ничего не понимаете, вы уже устарели.

ГАЛИНА. Хорошо, что вы понимаете все. Однако, поверь ты мне, еще кое-что смыслю. А то, что вы сидите в своих интернетах этих и лясы точите до двенадцати, а то и до часу. А Надя не спит, идет ко мне спать. И слышу про что, понимаешь.

ПАВЕЛ. Вы сами не хотите про это разговаривать.

ГАЛИНА. Про что, про войну? Да, не хочу. Имею право. Можно найти много других тем для разговоров. После войны люди в семьях по пять детей и рожали и воспитывали, и никто с голода не умирал. Что, не так? Я не права? Ну что, я не права, Надя? Ну, наверное, одни ж там идиоты и дураки в этой Украине?

НАДЕЖДА. Я не лезу, мама, вы общаетесь.

ГАЛИНА. Конечно, я права. Что, я не права, Паша?

ПАВЕЛ. Я не знаю.

ГАЛИНА. Что значит «не знаю»? Дураки, да? А я знаю. И Маша, моя подруга из-под Киева родом, уж поверь ты мне, далеко не дура. И что мне теперь, не здороваться с ней, не созваниваться? С Таней Демидовой, с которой мы 40 лет вместе проработали, тоже не общаться?

ПАВЕЛ. Это личное дело каждого.

ГАЛИНА. Конечно. Конечно. А нажимать на кнопочки, да под водочку с такими же может любой дурак.

ПАВЕЛ. Хорошо, тупой я, блять, все.

НАДЕЖДА. Мама, ты не права щас. Если бы ютуб монетизацию не закрыл, у Паши уже было 10 тысяч подписчиков.

ПАВЕЛ. Да ладно, Надя, проехали, все. Это как с моим батькой, это бесполезно (поправил шампур).

НАДЕЖДА. Павлик, что значит «проехали»?

ПАВЕЛ. Надюшкин, ни о чем.

ГАЛИНА. Шашлык скоро будет готов? Я тебя спросила, Павлик. Или я со стенкой разговариваю щас?

ПАВЕЛ. Скоро.

ГАЛИНА. Так ты ответь… Тогда из-за чего весь этот конфликт, по-твоему?

ПАВЕЛ. Еще раз повторяю для одаренных: вы сами не хотите про это разговаривать.

ГАЛИНА. Я не говорила, что ты последний, Паша. Я этого никогда не говорила.

ПАВЕЛ. Из ваших слов это вытекает.

ГАЛИНА. Ой, ладно, вытекает, значит, вытекает!

ПАВЕЛ. Я вообще никого не сужу, никогда, как это батька мой делает.

ГАЛИНА. Надя, сходи, пожалуйста, позови Сергея.

Павел допил пиво, поставил банку.

ГАЛИНА. Ты слышишь, Надя?

НАДЕЖДА. Мама, сиди, успокойся.

ПАВЕЛ. Налить, Надя? Немножко, давай.

Павел взял у Нади рюмку, пошел к столу.

НАДЕЖДА. Тебе, Паша, надо к Жене, к соседу, вы найдете общий язык насчет Украины с ним.

ПАВЕЛ(наливает в рюмку бальзам). А что он, наш тоже, да?

НАДЕЖДА. Ну он тоже считает, как ты.

ГАЛИНА. А что Женя говорит, Надя?

НАДЕЖДА. Он говорит: «Я понимаю Путина».

ГАЛИНА. И правильно говорит, и правильно говорит, Надя.

ПАВЕЛ. Я тоже так считаю (взял рюмку, понюхал). Попробовать можно? (выпил бальзам из рюмки).

НАДЕЖДА. Я, Павлик, поэтому и сказала, что вы с ним общий язык и найдете.

ПАВЕЛ(наливает в рюмку бальзам). Ах, вкусно как.

ГАЛИНА. В кои-то веки хоть в чем-то, Паша, мы с тобой сошлись.

ПАВЕЛ. Это да.

Надежда подошла к столу, взяла рюмку. Павел пошел к мангалу.

ГАЛИНА. Надя.

НАДЕЖДА. Что, мама?

ГАЛИНА. Ну Надя.

НАДЕЖДА. Ну что, мама, что?

ГАЛИНА. Ну сходи, позови. Ты думаешь, я просила бы тебя? Да если бы могла сама, я бы никого не просила ни о чем.

НАДЕЖДА. Блин, такая достача.

Надежда не выпив поставила рюмку на стол, достала телефон, ищет номер. Павел взял банку с водой плеснул в мангал.

ГАЛИНА. Ну достача, конечно. Ты б тоже была бы достача.

НАДЕЖДА. Я бы не была.

ГАЛИНА. Была бы, Надя, была.

НАДЕЖДА. Откуда ты знаешь, мама?

Надежда ждет ответа, в телефоне длинные гудки.

ГАЛИНА. Знаю, Надя.

НАДЕЖДА. Ну нет, не поднимает, видишь?

Надежда показала Галине телефон, потом убрала его.

НАДЕЖДА. Вот, мама, Паша может рассказать тебе щас, мама, ничего нельзя ни со счетами, ни с чем.