Пока собирались командиры бригад, флотских групп и отдельных батальонов, Преображенский разглядывал объемную карту местности, где предстояло вести боевые действия. Он почти не сомневался, что на главном направлении будет сражаться именно его Пятая бригада при поддержке Первой космодесантной - теперь это было подразделение Бородача, и под прикрытием отдельного батальона «огневиков» Родионова. Генерал Хосокава ценил боевой опыт и «сыгранность» этой тройки бывших комбатов.
Павел отыскал на карте район Вальдштрассе. Пока это была единственная привязка к местности. Прислушавшись к совету Ван Ли, главный удар Хосокава планировал нанести именно здесь, расчистив с помощью штурмовиков зону высадки поблизости от здания Восьмого торгового отдела РУСТа, в подвалах которого, возможно, и располагалась база диверсантов. Но это был только предварительный план. Даже если сведения верны, база - не штаб, об этом Ван Ли предупредил и Хосокаву, и Преображенского. После захвата и уничтожения базы, штаб еще предстояло найти. Такая вот непростая задача. Хотя и без этих вводных было понятно, что штурмовать укрепленный, напичканный оружием, полный хорошо подготовленных солдат и боевой техники город - задача не для слабонервных. А если учесть, что город по площади почти с земную Германию, и все районы связаны сетью скоростных дорог, задача становится сложной вдвойне. В такой ситуации очевидны два варианта: сбросить на РУСТ термоядерную бомбу или найти и захватить вражеский штаб. Первый вариант выглядел проще, но такое варварство ушло в небытие с прежним командованием. В Генштабе даже не рассматривали этот сценарий. Оставалось найти «волчье логово» и обезглавить диверсионную армию Рура - Марса. Вот только, как? То, что вражеский штаб расположен не в главном офисе всепланетной корпорации РУСТ, было понятно, и это единственное, что стратеги из земного Генштаба могли сказать с полной уверенностью. Разведданных землянам катастрофически не хватало. Диверсанты прятались умело, а ГСП и полиция Рура никак не желали их выдавать, исповедуя принцип «больное, но свое». Немцы отлично понимали, что упрямство может обернуться крупными неприятностями, но национальная гордость и верность явно неадекватному правительству перевешивали здравый смысл. Приходилось опираться на данные наблюдения и показания пленных. И первое, и второе давало общее представление о потенциале противника, но не проясняло главного - где расположена его ставка.
– Подготовка будет длиться сутки. - Хосокава указал на голографический макет планеты. - Мы нанесем точечные ракетные удары по всем промышленным объектам, правительственным учреждениям, терминалам и диспетчерским башням авиакосмических портов, центрам связи и базам армии Рура. При этом мы постараемся сохранить дороги, посадочные площадки и гражданские объекты. Возможно, за эти сутки нам удастся определить, где расположен штаб диверсантов, но готовиться следует к худшему варианту - к затяжным городским боям. Немцы у себя дома, до зубов вооружены и неплохо подготовлены стараниями инструкторов-рейнджеров. Это минус. У них нет боевого опыта - это плюс. Но в бою опыт приобретается быстро, так что прошу отнестись к подготовке операции серьезно.
– Можно подумать, обычно мы ведем себя, как разгильдяи, - пробурчал Бородач так, чтобы слышал только Павел. - Ты у нас теперь большой специалист по диверсионной войне, как думаешь, где у фрицев штаб?
– Под землей, - шепнул Преображенский. - Не отвлекайся.
– У вас есть мысли по существу вопроса, подполковник Преображенский? - строго спросил Хосокава.
– Никак нет.
– У командира Первой бригады? - Генерал перевел взгляд на Бородача. - Тоже нет? У командиров других бригад и групп? В таком случае, все свободны. Файлы боевых задач у вас в компах. Появятся мысли насчет дислокации штаба диверсантов - сообщайте немедленно. Павел Петрович…
– Да, господин генерал. - Павел задержался в кают-компании.
– Под землей? - Хосокава жестом приказал снова сесть. - А если конкретнее?
– Да это я, чтобы от Бориса Александровича отвязаться. - Подполковник сел напротив бывшего начштаба. - Хотя… Немцы понимают, что мы будем бомбить, и бомбить крепко. Помешать нам они не могут, значит, будут прятаться, чтобы сохранить личный состав для городских боев. Ну, и штаб, конечно, упрячут поглубже. Но не слишком глубоко.
– Почему?
– Чтобы не оказаться в ловушке. Это должно быть безопасное место с хорошо разветвленной системой запасных путей отхода. Что-то вроде центральной станции древней подземки, где условно «пересекаются» все линии.
– На Руре нет подземки. Когда немцы осваивали эту планету, метро было уже не в моде.
– Я знаю, но уверен, что РУСТ использовал недра планеты не только для добычи никеля и железа.
– Почему?
Разговаривать с бесстрастным командующим было сущей пыткой, но Преображенский служил с ним уже три года и успел привыкнуть.
– Я немного понаблюдал за жизнью Рура и выяснил кое-что интересное. Вы заметили, что на планете множество заводов, хорошо развита сопутствующая им инфраструктура, но нет складов?
