Проходя мимо кофейного столика, Сэвэдж увидел на нем три пустые бутылки из-под шампанского. Подойдя к столу в дальнем углу, он осмотрел набитую сигарными окурками пепельницу и высокий, на длинной ножке, бокал, в котором, на самом донышке, оставалась какая-то жидкость.
Сэвэдж подошел к находящейся слева от стола двери и осторожно ее приоткрыл. Темные ступени вели в укрытый тенями подвал. Расстегнув куртку, он вытащил из кармана пистолет сорок пятого калибра, который хозяин кабака в Ист-Сайде продал ему вместе с отмычками. Акира купил себе точно такой же.
Взяв его за рукоятку одетой в перчатку рукой, Сэвэдж принялся шарить другой по стене, пока не обнаружил выключатель и не зажег в подвале свет. Чувствуя на теле холодный пот, он сделал шаг вниз. Затем еще. И еще.
Задержав дыхание, он прыгнул на пол и, взяв пистолет двумя руками, напряженно прицелился.
Три стола. Аккуратные кучки проводов, батарей, овальных и круглых предметов — подслушивающие устройства в разных стадиях монтажа.
Плавильная печь. Держа 45-й наготове, Сэвэдж заглянул за нее — никого. Со лба каплями отрывалась влага. Нигде больше спрятаться было нельзя. Он полез наверх.
Но облегчения не почувствовал.
Когда к нему присоединился обследовавший верхние этажи и не обнаруживший ничего особенного Акира, Сэвэдж все еще чувствовал себя не в своей тарелке.
Рэйчел рухнула на диван.
Акира сунул пистолет в кобуру. Электрогитары продолжали завывать.
— Может, мы чересчур подозрительны? Может, столь необычному выбору музыки есть какое-нибудь простое объяснение?
— Ты сам этому не веришь.
Рэйчел зажала уши руками.
— Может, ему нравится над собой измываться?
— Давайте-ка сделаем самим себе одолжение. — Сэвэдж нажал на кнопку на стереотюнере, и хэвиметаллическая радиостанция благополучно замолчала.
— Слава богу, — вырвалось у Рэйчел. Она изучала кофейный столик. — Кстати, вы заметили пустые бутылки?
Акира кивнул.
— Шампанское. Грэм его обожает.
— Так много? Три бутылки за вечер?
— Грэм достаточно дороден, чтобы позволить себе столько алкоголя, — ответил Сэвэдж. — Но ты права — это довольно странно. Я ни разу не видел, чтобы он так пил.
— Может, у него были гости? — предположил Акира.
— Бокал один, — сказала Рэйчел. — Если у него были гости, и он убрал их бокалы, то почему оставил свой и пустые бутылки? И еще одно. Вы видели этикетки?
— Нет, — пробормотал Сэвэдж. — А что с ними такое?
— На ферме возле Афин, где вы обсуждали Грэма, ты сам сказал, что он пьет “Дом Периньон”.
— Верно, он может пить только эту марку, — сказал Акира.
— Так вот: две из трех бутылок — “Дом Периньон”. А вот третья — “Асти Спуманте”
— Что? — Сэвэдж выпрямился.
— Что это за шум? — спросила Рэйчел. Сэвэдж резко обернулся. После оглушительной музыки его слух восстанавливался постепенно. И вот теперь он услыхал приглушенное гудение.
— Точно, — произнес Акира. — Слабая вибрация. Откуда она?
— Может, из холодильника?
— У Грэма кухня на втором этаже, — ответил Акира. — Отсюда нам никакого холодильника не услышать.
— Может, включена печь? — снова спросил Сэвэдж. Акира приставил руку к вентиляционной трубе.
— Тока воздуха нет.
— Тогда что.?..
— Похоже, это… — Рэйчел, нахмурившись, прошла мимо Сэвэджа, — … из той двери, что возле книжных полок.
Она распахнула створку и отпрянула — огромное сизое облако окутало ее. Легкое гудение превратилось в рычание. От ядовитого дыма женщина моментально зашлась кашлем.
Только это не дым, — вдруг понял Сэвэдж.
Гараж Грэма! Сэвэдж нырнул в дверной проем. В гараже было темно, но свет из гостиной немного разгонял дымную тьму, в которой он двигался. Сэвэдж увидел “кадиллак” Грэма. Его мотор работал, а за рулем виднелась обмякшая фигура с лысой головой.
Сэвэдж быстро подскочил к открытому окну возле сидения водителя и, просунув руку, выключил зажигание. Мотор заглох. Стараясь не дышать, он рывком распахнул дверцу автомобиля и, схватив Грэма под мышки, поволок его тело по бетонному полу в гостиную.
Рэйчел тут же захлопнула дверь, чтобы газы более не врывались в комнату, но их и так было достаточно, и Сэвэдж, наконец, вдохнув воздух, сломался пополам и закашлялся.
Акира встал рядом с Грэмом на колено, пытаясь нащупать пульс.
— Лицо багрово-красное, — сказала Рэйчел.
— Одноокись углерода, — Акира приложил ухо к груди Грэма. — Сердце не бьется.
Сэвэдж встал на колени напротив Акиры: Грэм лежал между ними.
— Искусственное дыхание — рот в рот. Я буду работать с его сердцем.
Пока Акира дышал Грэму прямо в рот, Сэвэдж сначала довольно легко, а затем со все возрастающей силой принялся резкими толчками давить на грудь Грэма, положив ладони на сердце.
— Рэйчел, позвони “Девять-Одиннадцать”, — буркнул Сэвэдж, нажав на грудь Грэма, отпустив и нажав снова.
Рэйчел, пошатываясь, направилась к телефону, взяла трубку и стала нажимать кнопки.
— Не надо, Рэйчел, — отозвал ее Акира. — Нет смысла. — Он посмотрел на лицо Грэма и медленно поднялся.
— Не останавливайся! — рявкнул Сэвэдж. Акира в отчаянии покачал головой.
