Благодаря почерпнутым из найденного Манускрипта тайным знаниям и могуществу волшебного камня Парагон «белые» маги королевства Евтракия — мужчины, исповедующие добро и Закон, одержали победу в кровопролитной междоусобной войне над женщинами-волшебницами — сторонницами зла.Четыре уцелевшие предводительницы Шабаша были изгнаны и обречены на медленную смерть. Но им удалось выжить и с помощью магической силы поработить жителей другой страны — Пазалона.Отныне их цель — отомстить за поражение и обрести неограниченную власть над всем миром. Однако в совершении необходимого для этого ритуала «причастия кровью» должны участвовать пять волшебниц…
Клянусь действовать и даже мыслить только в соответствии со своими принципами: материальные блага — ничто, если речь идет о чести и долге. Клянусь защищать Парагон, чего бы это ни стоило. Клянусь поднимать руку на человеческую жизнь только в целях самозащиты и лишь после того, как предупрежу противника. Клянусь всегда править с мудростью и состраданием.
Тот, кто пренебрегает прошлым, рискует столкнуться с неуважением. Тот, кто пренебрегает настоящим, рискует прослыть лентяем. Тот, кто пренебрегает будущим, рискует навлечь большие беды.
…и грядет великое противостояние, и многие погибнут, прежде чем пламя его угаснет. Темные силы, те, что осенены Пентанглем, потерпят поражение, потому что не найдут свою Пятую, а их враги сумеют раньше обнаружить Камень и Манускрипт. В наказание те, что выступают под знаком Пентангля, будут брошены в открытом море, откуда никто и никогда не возвращался.
Утративший прежнее величие военный галеон «Смелый» дрейфовал по ночному морю, пьяно кренясь и треща по всем швам под ударами волн. Оба штурвала были закреплены, паруса убраны, и кораблю не оставалось ничего другого, как сдаться на милость разбушевавшейся стихии. Матросы делали все возможное, чтобы корабельные огни продолжали гореть, но дождь и брызги волн постоянно их гасили; в конце концов, остались только два больших факела на носу и корме судна. Они горели неровным пламенем, отбрасывая причудливые тени на опаленные, поврежденные надстройки и палубу.
Человек в насквозь промокшем сером одеянии, старый маг по имени Виг, стоял на юте галеона. При свете молний, время от времени разрывающих затянутое облаками небо, он окидывал усталым взором палубу корабля. Ее перегораживали три сломанные мачты; их рваные, почерневшие от пожара снасти бились под ветром. В глазах старика застыла печаль — даже снова и снова обрушивающиеся через планшир волны не могли смыть въевшуюся в дерево кровь.
«Схватка на борту была отчаянной. Хорошо хоть, тела успели снести на берег до отплытия», — думал он. Приказ предписывал отправиться в путь незамедлительно, и времени для того, чтобы привести корабль в порядок, не оставалось.
Маг повернулся — при этом его седые волосы, стянутые в хвост из множества косичек, перекинулись на плечо — и перевел взгляд на бескрайний океан и неясно проступающие во мраке контуры второго, меньшего судна, которое галеон тянул за собой на буксире. Маленький кораблик двигался резкими рывками, то, приближаясь к галеону, то удаляясь от него — словно упирающийся, непослушный ребенок, которого тащит за собой рассерженный отец. Серые громады пенистых волн то и дело захлестывали хрупкое суденышко. Уже в который раз старик задался вопросом, способно ли оно самостоятельно держаться на плаву, и вновь напомнил себе, что это, скорее всего, не имеет никакого значения.
На борту галеона находился, если не считать пленниц в трюме, тридцать один человек, и никто из них не произнес ни слова с тех пор, как изорванные в клочья паруса были спущены с единственной уцелевшей мачты, а рули закрепили неподвижно, предоставив кораблю дрейфовать в штормовом море. Из экипажа судна уцелела примерно половина, и он был пополнен командой охраны. Сейчас эти люди во главе с капитаном судна стояли перед магом, с нетерпением ожидая момента, когда их опасная миссия будет наконец завершена.
