– Какой-то хреновый сегодня день… – Юра зевнул.
– А чего веселиться, если бабло не платят? – Паша перевернул газетную страницу, – кроссворд номер семь. «Крестный отец из одноименного фильма». Ну?..
– Дон Корлионе, – Юре надоело подсказывать (не то, чтоб он очень много знал, но вопросы в кроссвордах повторялись так часто, что, как он сам говорил – «недолго и за умного сойти»).
– Подходит, – Паша вписал слово.
– А ты что, «Крестного отца» не смотрел? Это ж классика.
– Смотрел. А оно мне надо, запоминать их крестных отцов?
– Тоже верно. Слушай, поехали отсюда, а?
Паша положил ручку. Если честно, кроссворды ему тоже изрядно надоели, но больше заняться было нечем – все свободные деньги они вбухали в дешевую муку, а хлебозавод пока еще за нее не рассчитался. В принципе, это был нормальный рабочий момент – деньги всегда приходилось выбивать, но обычно они дробили партию на разных потребителей, а тут, уж больно заманчивая получалась дельта.
– В банк звонить будем? – Паша посмотрел на часы.
– А смысл? Даже если платежка пришла, раньше утра все равно на счет не зачислят. Говорю ж, поехали – чего тут дурью маяться? У нас что, нормированный рабочий день?
– Завтра догадаем, если бабок опять не будет. Поехали.
– Утром я сразу в банк, – сообщил Юра, собирая в папку бумаги, – и потом позвоню. Если платежки нет, езжай к этим уродам и тряси их, как грушу.
– Без проблем, – Паша пожал плечами, – у меня ж аргументы не убиенные – будут плохо себя вести, следующую партию получат по новым ценам; ты, как из банка вернешься, для убедительности сбрось им прайс; рубля два прикрути, и пусть похлопают крыльями.
– Во-во, а то за откатами, аж в очередь, а как платить…
Юра совмещал обязанности коммерческого директора и бухгалтера. Честно говоря, когда они познакомились, еще будучи студентами, Паша смеялся над пацанами, учившимися на «Бухучете», но занявшись реальным делом, быстро пришел к выводу, что с мужчиной-бухгалтером работать проще и приятнее, чем с бабой; тогда он и вспомнил про Юру.
Они вместе вышли в коридор. Из-за жары двери всех офисов были открыты; в них суетились люди, светились экраны компьютеров, звонили телефоны и разговоры, накладываясь друг на друга, создавали эффект улья.
– Блин, чем только народ не торгует… – Юра скептически покачал головой, – во, свободы отвалили! Когда я поступал университет, если б мне кто сказал, что такое будет, ей-богу, поспорил бы на ящик коньяка.
– Хорошо, что не поспорил, – равнодушно заметил Паша. Его мало волновало, кто чем торгует, да и об изменении строя он особо не задумывался, предпочитая принимать все de facto.
Они спустились вниз – в густое липкое пекло, висевшее над городом. Юра сразу уехал, а Паша еще покурил, думая стоит ли сдергивать Катю или лучше посидеть где-нибудь часа полтора, но так и не придумал, где это сделать днем, одному, и при этом не опухнуть со скуки; лихо развернувшись на тесной стоянке, он свернул к центру, где находилась Катина аптека.
Вошел он туда вслед за древней бабкой, сжимавшей в трясущейся руке пачку рецептов. Огляделся, пытаясь угадать Катю – он ведь привык видеть ее в джинсах или короткой юбке, с распущенными волосами, а здесь все девочки были в одинаковых белых халатах и странных головных уборах, похожих на кокошники. К тому же витрины заполняли коробочки, тюбики, пузырьки и еще бог знает что, оставляя для общения лишь маленькое окошко. Паша наклонился к одному, к другому и только с третьей попытки наткнулся на Катю.
– Ты?..
Подобные посещения не входили в программу, зато Паша, от одного ее растерянного вида, развеселился, и так по-дурацки прошедший день сразу канул в небытие. Разве можно было не радоваться встрече с заслуженным отдыхом?
– Я, – заговорщически прошептал он, прижимаясь к стеклу, – еду на деловую встречу и забыл купить презервативы.
Катя хотела возмутиться, но вовремя сообразив, что это шутка, засмеялась.
– А если по правде?
– По правде, надоело работать. Хочу забрать тебя.
– Но у меня смена…
