Пятая жизнь полностью

– Прежде, чем отважиться на этот шаг, женщина должна решить для себя, чего хочет, потому что «все и сразу» не бывает. Есть женщины, способные вынести отсутствие фейерверка, именуемого «любовь», если у них над головой есть крыша, размениваемая в случае чего; есть стабильный кусок мужниной зарплаты, и кухня – заветный уголок, где можно отвести душу. А есть другие, которым фейерверк необходим и переступить через себя они не могут и не хотят. Они будут упираться и ползти наверх, чтоб каждый день иметь возможность выбирать, с кем проводить двадцать процентов причитающегося им времени; возможно, у них нет материальной стабильности, но их любят, и весь мир, пусть временно, лежит у их ног!.. Правда, из общего правила, как всегда, есть исключение – это если обстоятельства оказываются сильнее инстинктов, и надо просто выживать – тогда, конечно, лучше замуж, чем, извини, на панель. Но это ведь не твой случай… – пыл иссяк, и если б его попросили повторить монолог заново, Паша вряд ли сумел бы это сделать, даже в виде тезисов. Но в данный момент дело было сделано – он выплеснул себя, поэтому с чувством выполненного долга, снова выпил и отрезал кусочек мяса, – Кать, а ты чего не ешь?

– Я не хочу.

– Ты ж была такая голодная!

– Была. А теперь я думаю.

– Давай закажем тебе другое блюдо – это уже остыло.

– Не надо, – она протянула через стол руку, накрыв Пашину ладонь, – вызови мне такси.

– А разве мы… – Паша искренне удивился, – ты обиделась?

– Просто нет настроения… нет, ничего обидного ты не сказал, но, во-первых, я не знала, что ты так относишься к семейной жизни, а, во-вторых, я тебя люблю, как бы ты меня не пугал. Короче, мне надо подумать, – она промокнула губы, оставив на салфетке яркий след помады, и с силой вдавила ее в нетронутое мясо, – это чтоб его другим не скормили, – улыбнулась, но улыбка получилась какой-то вымученной, и встала, – ладно, не надо – я сама тачку поймаю.

Когда Юля вошла в подъезд, страх вернулся. …Странно, – она с трепетом прислушалась к зловещей тишине, – я ж преодолела то, чего боюсь больше всего на свете, а теперь я иду к человеку, который должен помочь мне кое в чем разобраться, и боюсь… Юле показалось, что из лифта выкатится огненный шар, который, либо поглотит ее сущность, либо вбросит в пустоту, где нет совсем ничего. …Неужто из-за того, что меня ждут к девяти, а я пришла раньше?.. Ерунда полная… но как еще это объяснить?.. Каждый шаг давался с трудом, и добравшись до лифта, Юля почувствовала, будто поднялась на двенадцатый этаж. …Может, не стоит экспериментировать дальше?.. Ладно – вот, если лифт придет за десять секунд, поеду; если нет… живут же миллионы людей, не думая ни о каких прошлых жизнях, и прекрасно себя чувствуют…

Юля нажала кнопку. …Раз, два…  – на этом отсчет закончился, потому что лифт, оказывается, стоял внизу, и она шагнула в кабину. Двери, как ей показалось, закрылись подозрительно быстро, но правила, которые устанавливаешь сам, не подлежат изменению. Ткнув нужный этаж, Юля откинулась на дрогнувшую стенку; закрыла глаза, пытаясь избавиться от нарастающего ощущения разверзшейся бездны. …Я просто трусиха – дом-то огромный; как же тогда здесь живут остальные люди?.. Или они заколдованы и ничего не замечают?.. Белый маг… спросить бы у Бориса, делятся они, вообще, на «белых» и «черных»… Если б вернуть то утро, когда мы расстались!.. Да и зачем было расставаться? Чтоб, вернувшись домой, узнать, что у твоего мужа есть любовница, а ты ему нужна не больше, чем домашнее животное?.. Лучше б я сама отвезла его в Белгород, или куда там ему надо – может, за это время что-то и произошло между нами…

Двери лифта с шумом разъехались; прямо напротив, в тусклом желтоватом свете, словно вход в пещеру, чернела дверь и номер соответствовал тому, что записал однорукий.