Пятеро детей и чудище полностью

Марта привезла из Рочестера новый кувшин, расписанный аистами в высокой зеленой траве. А еще она вернула Антее ее деньги.

— Кузина просто подарила мне кувшин, — сообщила она. — Говорит, блюдо от него разбилось, все равно не продать.

— Ах, Марта! Ты просто душка! — вздохнула Антея с облегчением и бросилась ее обнимать.

— Да уж! — сказала Марта, посмеиваясь. — Будьте со мной поласковей, пока я с вами. Я собираюсь сказать вашей маме, как только она вернется, что больше у вас не служу.

— Ах, Марта! Неужели мы так плохо себя вели? — испугалась Антея.

— Я не о том, мисс, — сказала Марта и захихикала пуще прежнего. — Я выхожу замуж. За Биля, лесничего. Он сделал мне предложение в тот самый день, когда вы вернулись от священника, у которого застряли на колокольне. А сегодня я сказала ему «да» и сделала его счастливым человеком.

Антея положила семь шиллингов и четыре пенса обратно в копилку и кусочком бумаги заклеила то место, где повредила ее кочергой. И она была очень довольна тем, что все так закончилось. Однако и по сей день она не знает, является взлом копилки преступлением, за которое положена виселица, или нет.

Увидев название этой одиннадцатой (и последней) главы, вы, разумеется, отлично поняли, что в ней повествуется о последнем дне, когда Сирилу, Антее, Роберту и Джейн удалось попросить псэммида, то есть песочного эльфа, исполнить их желание.

Впрочем, дети об этом еще не знали. Они были полны радужных надежд, и хотя иной раз придумать по-настоящему стоящее желание было чрезвычайно трудно, в этот день головы их буквально лопались от множества весьма заманчивых идей, одна лучше другой. «Так оно всегда и бывает», — горько заметила впоследствии Джейн.

Этим утром дети проснулись спозаранку и, сидя в саду в ожидании завтрака, бурно обсуждали свои планы. Старая идея о сотне фунтов современными флоринами оставалась по-прежнему самой привлекательной, но были и другие, ничуть не хуже, — к примеру, «каждому по пони». Эта идея имела существенное преимущество. Сами посудите, утром желаешь пони, весь день катаешься, на закате он исчезает, а на следующий день ты желаешь его снова. Огромная экономия на кормах и соломе! Однако во время завтрака кое-что произошло. От мамы пришло письмо. Бабушке стало лучше, и мама с папой рассчитывали вернуться домой сегодня после обеда. Все обрадовались. И разумеется, это известие отодвинуло на задний план все, что обсуждалось до завтрака. Детям было совершенно ясно, что сегодняшнее желание должно быть таким, чтобы доставить удовольствие маме, а не им самим.

— Интересно, что ей может понравиться? — размышлял вслух Сирил.

— Ей понравится, если мы будем хорошо себя вести, — сказала Джейн строго.

— Так-то оно так, но это ужасно скучно, — возразил Сирил. — А кроме того, надеюсь, мы способны справиться с этим и сами, без всякого песочного эльфа. Нет, надо придумать что-нибудь особенное, с чем нам самим никак не совладать.

— Осторожно! — предупредила Антея. — Не забудьте про вчерашний день. Помните, что желания исполняются сразу же, в тот момент, когда мы что-то пожелаем. Хорошо бы обойтись без глупостей, особенно сегодня.

— Ладно, — отмахнулся Сирил. — Не учи ученого.

И тут вошла Марта с кувшином кипятка для заварочного чайника, лицо ее выглядело на редкость серьезным.

— Слава небесам, все мы живы, сидим завтракаем! — сказала она мрачно.

— Что случилось? — спросили дети хором.

— Ох, ничего особенного, — ответила Марта, — только, похоже, никто из нас теперь не застрахован от того, что его не зарежут в постели.

— Неужели кого-нибудь зарезали в постели? — ужаснулась Джейн, и вполне понятный холодок пробежал у нее по спине.

— Ну, не то чтобы зарезали, но запросто могли, — сказала Марта. — В соседнем поместье объявились грабители. Биль мне только что рассказал. Они украли у леди Читтендем ее брильянты и прочие драгоценности, все подчистую! У нее один обморок за другим, а в промежутках она только и успевает восклицать: «Ах, мои брильянты!» А лорд Читтендем сейчас в Лондоне.

— Мы как-то видели эту леди Читтендем, — ввернула Антея. — Она носит красно-белое платье, у нее нет своих детей, и чужих она терпеть не может.

— Она самая, — подтвердила Марта. — Так вот, она вложила все свое состояние в драгоценности, и вот как с ней обошлись. Говорят, ее брильянты стоят тыщи и тыщи фунтов. Там было ожерелье, и колье, и целая гора браслетов, а еще какие-то те ары, уж и не знаю, что это такое, и куча колечек. Ладно, некогда мне тут с вами разговоры разговаривать, надо прибраться в доме, пока ваша мамаша не приехала.

— Одного я не пойму, зачем ей такая уйма бриллиантов? — сказала Антея, когда Марта поспешно удалилась. — И вообще, эта леди какая-то противная. Вот у мамы и вовсе нет бриллиантов, да и других камней — раз, два и обчелся. Топазовое ожерелье, колечко с сапфиром, которое папа подарил ей на помолвку, да еще гранатовая звездочка и медальончик с жемчугом, в котором лежит прадедушкин локон. Вот и все.