Такова история Юдит и Миляги: на одну смерть она отстоит от трагедии и на одну свадьбу - от фарса.
Когда она пришла, Мерлин был уже дома и находился в несвойственном ему возбуждении.
- Где ты была? - пожелал он узнать. - Уже шесть тридцать девять.
Она мгновенно поняла, что сейчас не время сообщать ему о том, каким образом поход в Блумингдейл отразился на ее душевном спокойствии. Вместо этого она солгала.
- Не могла поймать такси. Пришлось идти пешком.
- Если снова попадешь в такую ситуацию, просто позвони мне, и тебя подберет один из наших лимузинов. Не хочу, чтобы ты бродила по улицам. Это небезопасно. Так или иначе, мы опоздали. Придется поесть после представления.
- Какого представления?
- Спектакль в Виллидже, о котором Трой вчера все уши прожужжал. Помнишь? Нео-Рождество? Он сказал, что такого не было со времен Вифлеема.
- Так ведь все билеты проданы.
- Ну, у меня есть кое-какие связи, - просиял он.
- Мы идем сегодня вечером?
- Нет, если ты не начнешь шевелить своей задницей.
- Мерлин, иногда ты бываешь просто восхитителен, - сказала она, сваливая в кучу свои покупки, и бросилась переодеваться.
- А каким я бываю в другое время? - закричал он ей вслед. - Сексуальным? Неотразимым? Неутомимым?
Если и вправду он достал билеты для того, чтобы после заманить ее в постель, то ему пришлось пострадать из-за своей похоти. На протяжении первого акта он старался скрывать свою скуку, но в антракте ему уже не терпелось смыться для того, чтобы получить положенную награду.
- Ты думаешь, нам действительно необходимо остаться здесь до конца? - спросил он у нее, когда они пили кофе в крошечном фойе. - По-моему, история ясна до предела. Парень родился на свет, потом подрос, а потом его распяли.
- Мне нравится.
- Но какой во всем этом смысл? - жалобно произнес он с убийственно серьезной интонацией. Эклектичное решение спектакля нанесло глубокое оскорбление его рационализму. - С чего бы это ангелам играть джаз?
- Кто может сказать, чем занимаются ангелы?
Он покачал головой.
- Я даже не могу понять, что это за жанр - комедия, сатира или еще какая-нибудь чертовщина. Ты мне можешь объяснить?
- Мне кажется, что это очень забавно.
- Значит, ты хочешь остаться?
- Да, я хочу остаться.
Вторая половина оказалась еще более разношерстной, чем первая, и постепенно у Юдит созревало подозрение, что пародия и стилизация играли роль дымовой завесы, которая должна была скрыть смущение авторов перед своей собственной искренностью. В конце, когда ангелы в духе Чарли Паркера принялись завывать на крыше хлева, а Санта-Клаус запел над яслями, сценой завладел дух отъявленного кича. Но даже это зрелище было странно трогательным. Ребенок родился. Снова свет пришел в мир, пусть даже и под аккомпанемент танцующих чечетку эльфов.
Когда они вышли, на улице шел мокрый снег.
- Холодно, холодно, холодно, - сказал Мерлин. - Надо пойти отлить.
Он снова вернулся в театр и встал в длинную очередь, выстроившуюся в туалет, оставив Юдит у дверей наблюдать за тем, как мокрые снежинки пролетают в свете фонаря. Театрик был небольшим, и через пару минут все зрители оказались на улице, раскрыли зонтики, опустили головы и разошлись по Виллиджу в поисках своих машин или уютного местечка, где можно подзарядиться алкоголем и разыграть из себя критиков. Свет над входной дверью потушили, и из помещения театра возник уборщик с черным полиэтиленовым пакетом мусора в руках и щеткой. Он начал подметать фойе, не обращая внимания на Юдит - последнего оставшегося в поле зрения оккупанта, но, приблизившись к ней, он наградил ее взглядом, исполненным такой ядовитой злобы, что она решила раскрыть зонтик и постоять на темном пороге. Мерлин был занят опустошением своего мочевого пузыря. Ей оставалось только надеяться, что он не прихорашивается там, не прилизывает свои волосы и не освежает дыхание в надежде затащить ее в постель.
Замеченное уголком глаза движение было первым сигналом тревоги: расплывчатый силуэт быстро приближался к ней сквозь сгустившуюся снежную пелену. В страхе она обернулась навстречу нападавшему. Она как раз успела узнать увиденное сегодня на Третьей Авеню лицо, когда мужчина набросился на нее.
