- Конечно, - ответила женщина с ребенком на руках. - Ты пришла, чтобы встретиться с Богинями?
- Да.
- Стало быть, ты из Бастиона?
Прежде чем Юдит успела ответить, вмешалась другая женщина.
- Конечно же, нет! Ты только посмотри на нее!
- Но ведь воды принесли ее.
- Вода принесут любую женщину, у которой наберется достаточно смелости. Нас-то они принесли, верно?
- А много здесь других женщин? - спросила Юдит.
- Сотни. А сейчас, может быть, уже и тысячи.
Юдит это не удивило. Если даже она, жительница Пятого Доминиона, заподозрила, что Богини до сих пор существуют, то сколько же веры должно было быть у здешних женщин, выросших на легендах о Тишалулле и Джокалайлау?
Когда Юдит поднялась на верхнюю площадку, женщина в очках представилась.
- Меня зовут Лотти Йеп.
- А меня - Юдит.
- Мы рады видеть тебя, Юдит, - сказала другая женщина. - Меня зовут Парамарола. А этого паренька... - Она опустила взгляд на младенца. - ... Билло.
- Твой? - спросила Юдит.
- Интересно, где бы я нашла для этого мужчину? - сказала Парамарола.
- Мы провели во Флигеле девять лет, - объяснила Лотти Йеп. - Под гостеприимным кровом Автарха.
- Пусть его колючки сгниют, а ягоды засохнут, - добавила Парамарола.
- А ты откуда? - спросила Лотти.
- Из Пятого, - ответила Юдит.
Но внимание ее уже отвлеклось от женщин и обратилось к окну в залитом лужами коридоре у них за спиной - или, вернее, к тому виду, который сквозь него открывался. В благоговейном страхе и удивлении она подошла к подоконнику и оглядела необычайное зрелище. В центре дворца поток расчистил круг диаметром примерно в полмили или даже больше. Стены, колонны и крыши были сметены его мощью, а руины - затоплены. Лишь на тех местах, где стояли самые высокие башни, над поверхностью виднелись небольшие каменные островки, да кое-где возвышались обломки просторных дворцовых покоев, оставленные словно в насмешку над чрезмерными претензиями самонадеянного архитектора. Но она подозревала, что и этим руинам недолго осталось стоять над водой. Поток кружил по огромному водоему в довольно мирном настроении, но одного напора его течения было вполне достаточно, чтобы сокрушить эти последние останки сарториевского шедевра.
В центре этого неожиданно возникшего моря виднелся более крупный остров, берега которого состояли из полуразрушенных покоев, окружавших Башню Оси, прибрежные скалы - из обломков верхней части этой Башни, смешанных с крупными осколками ее обитателя, а главная вершина - из останков самой Башни, которые образовывали сверкающую пирамиду не правильной формы. Казалось, что внутри нее горит ослепительное белое пламя. Созерцая результаты деятельности потока, который в течение дней, а может быть, и часов разрушил сооружения, на проектирование и строительство которых у Автарха ушли долгие десятилетия, Юдит удивилась, что ей удалось достичь этого места целой и невредимой. Та сила, которая на нижних склонах предстала перед ней в обличье невинного, хотя и несколько взбалмошного ручейка, здесь продемонстрировала свои неограниченные способности к разрушению и изменению.
- Вы здесь были, когда это случилось? - спросила она у Лотта Йеп.
- Мы видели только самый конец, - ответила та, - но, доложу я тебе, вот это было зрелище! Видя, как башни рушатся у нас на глазах...
- Мы до смерти испугались, - вставила Парамарола.
- Ты, может, и испугалась, но не я, - ответила Лотти. - Воды освободили нас не для того, чтобы взять и утопить. Понимаешь, мы были в заключении во Флигеле. А потом дверь треснула, и внутрь хлынули воды. Стены просто-напросто смыло.
- Мы знали, что Богини придут, верно? - сказала Парамарола. - Мы всегда в это верили.
- Значит, вы знали, что Они не погибли?
- Ну как они могли погибнуть? Конечно, они могли быть похоронены заживо. Может быть, спали. Или даже сошли с ума. Но умереть они не могли.
- Она говорит правду, - заметила Лотти. - Мы всегда знали, что этот день придет.
- К сожалению, радость может оказаться недолгой, - сказала Юдит.
- Почему ты так считаешь? - спросила Лотти. - Ведь Автарх сбежал.
- Да, но его Отец по-прежнему на месте.
- Отец? - переспросила Парамарола. - Я всегда думала, что он незаконнорожденный.
- Так кто же его отец?
- Хапексамендиос.
Парамарола захихикала, но Лотти Йеп пихнула ее локтем в бок, хорошо, впрочем, защищенный слоем жира.
- Это не шутка, Рола.
- Как так не шутка?
- Ты же видишь, что женщина не смеется. - Она обернулась к Юдит. - У тебя есть какие-нибудь доказательства этого?
- Нет, но...
- Так с чего тебе это взбрело в голову?
Юдит и раньше предполагала, что ей будет трудно заставить других поверить ее словам о происхождении Сартори, но ей владела неизвестно откуда взявшаяся уверенность, что в нужный момент в ней проснется необходимая сила убеждения. Вместо этого ее охватила ярость разочарования. Если ей придется излагать всю прискорбную историю ее связи с Автархом Сартори каждой живой душе, которая встретится ей по дороге к Богиням, то самое худшее может произойти еще до того, как она одолеет половину пути. Потом ее осенило внезапное вдохновение.
- Ось и есть доказательство, - сказала она.
