- Поэтому мы и собрались здесь, - сказала Алиса. - Они знают, что приближается годовщина, и снова хотят затеять историю с этим чертовым Примирением.
- Но зачем они стремились проникнуть в Общество? - сказал Блоксхэм.
- Чтобы вставлять нам палки в колеса, - сказал Лайонел. - Если бы они знали, что мы собираемся делать, то могли бы перехитрить нас. Кстати говоря, галстук был очень дорогим?
Блоксхэм опустил глаза и увидел, что его шелковый галстук был весь перепачкан рвотой. Бросив злобный взгляд в направлении Лайонела, он сорвал его с шеи.
- Мне все-таки непонятно, что они могли у нас выведать, - сказала Алиса Тирвитт в своей обычной отрешенной манере. - Мы даже не знаем, что такое Примирение.
- Нет знаем, - откликнулся Шейлс. - Наши предки пытались запустить Землю по той же орбите, что и Небо.
- Очень поэтично звучит, - заметила Шарлотта. - Но что это означает в конкретных терминах? Кому-нибудь это известно? - Последовало общее молчание. - Я так и думала. И вот мы пытаемся предотвратить то, чего даже не понимаем.
- Это был какой-то эксперимент, - сказал Блоксхэм. - И он не удался.
- Они что, были совсем чокнутыми, что ли? - спросила Алиса.
- Будем надеяться, что нет, - вставил Лайонел. - Душевные болезни обычно передаются по наследству.
- Ну, я-то уж во всяком случае не сумасшедшая, - сказала Алиса. - И черт меня побери, я абсолютно уверена в том, что все мои друзья так же нормальны и такие же люди, как и я сама. Если что-то было бы в них не так, я бы знала об этом.
- Годольфин, - сказал Макганн. - Вы что-то надолго замолчали, а это вам редко бывает свойственно.
- Набираюсь ума-разума, - ответил Оскар.
- Вы пришли к каким-нибудь заключениям?
- История циклична, - начал он неторопливо. Никогда еще ни один человек не был так уверен в своих слушателях, как он в эти минуты. - Мы приближаемся к концу тысячелетия. Разум будет вытеснен верой в чудеса. Холодность уступит место чувству. Я полагаю, что если бы я был опытным эзотериком и обладал историческим чутьем, то мне бы не составило особого труда выяснить конкретные детали того, что попытались сделать тогда, - этого эксперимента, как выразился Блоксхэм, и, вполне возможно, мне пришла бы в голову мысль, что сейчас самое время предпринять его снова.
- Весьма правдоподобно, - сказал Макганн.
- А кто передаст этому человеку необходимую информацию? - поставил вопрос Шейлс.
- Он сам узнает ее.
- Из какого источника? Любая, хоть сколько-нибудь значительная книга спрятана здесь, под нами.
- Любая? - сказал Годольфин. - А откуда у тебя такая уверенность?
- Я уверен в этом потому, что за последние два столетия на земле не было предпринято ни одного значительного магического опыта, - ответил Шейлс. - Эзотерики утратили всю свою силу. Если бы где-нибудь появились хотя бы малейшие признаки магической деятельности, мы бы узнали об этом.
- Мы же не знали о дружке Годольфина, - сказала Шарлотта, лишив Оскара удовольствия высказать то же самое ироническое замечание, которое уже было готово сорваться с его языка. - Да и как мы можем быть уверены в том, что библиотека осталась в неприкосновенности? - продолжала Шарлотта. - Может быть, некоторые книги были похищены?
- Кем? - спросил Блоксхэм.
- Да хотя бы тем же Даудом. На них даже и каталог-то составлен не был. Я помню, Лиш пыталась сделать это, но мы все знаем, что с ней случилось.
То, что произошло с Лиш, было еще одним темным пятном в истории Общества, - каталог случайностей, закончившийся трагедией. В двух словах, одержимая Клара Лиш взяла на себя задачу составить полное описание томов, находившихся в собственности Общества. Во время работы с ней произошел удар. Два дня она пролежала на полу в подвале. Когда ее наконец нашли, она была едва живой и абсолютно сумасшедшей. Тем не менее, она выжила и в настоящий момент, одиннадцать лет спустя, по-прежнему была обитательницей богадельни в Суссексе. Рассудок к ней так и не вернулся.
- Но не так-то уж трудно установить, побывал, там кто-нибудь или нет, - сказала Шарлотта.
- Да, надо осмотреть библиотеку, - согласился Блоксхэм.
- Стало быть, вы этим и займетесь, - сказал Макганн.
- Но даже если они черпали свою информацию и не из нашей библиотеки, - заметила Шарлотта, - есть и другие источники. Не станем же мы утверждать, что все книги, в которых говорится об Имаджике, находятся в наших руках?
- Нет, конечно, - сказал Макганн. - Но уже много лет назад Общество перебило хребет магической традиции. Мы все знаем, что культы, существующие в этой стране, не стоят и ломаного гроша. Они стряпают свои учения, таща с миру по нитке. Бессмысленная сборная солянка. Никто из них не обладает достаточным знанием, чтобы помыслить о Примирении. Большинство из них даже не знает, что такое Имаджика. Максимум на что они способны - это наслать порчу на своего начальника в банке.
