Голос раздался откуда-то сверху, а следом за ним послышалось и громкое недовольное сопение. Я поднял голову и увидел два глаза, сердито поблескивающих с дерева. Ничего по-настоящему высокого у Канкая не росло, и все же Мерукан вскарабкался на тонкие ветви так, что я не смог бы дотянуться до него с земли.
— Зачем ты залез на дерево? — поинтересовался я.
— Убирайся к ракшасам!
Мерукан взмахнул рукой, и в плечо мне ударилось что-то увесистое и мягкое… Какой-то местный фрукт?
— Спускайся! — Я сделал шаг вперед. — Он… опасности больше нет.
— Больше нет?! — прошипел Мерукан. — Ты Кшатрий! Твоя мать путалась с ракшасом, и выучилась этому у своей матери! Отец плешивых шакалов! Сын свиньи! Глиняная голова!
— Слезай, болван! — Я рассмеялся, уворачиваясь от очередного то ли апельсина, то ли персика. — Я не трону тебя.
— Я никогда не поверю высокородному, ты, визгливая обезьяна, которая сношалась с корзинкой!
Мерукан потянулся за еще одним метательным снарядом, но не рассчитал. Сук под ним с оглушительным хрустом подломился, и он грохнулся с дерева прямо мне под ноги — но тут же вскочил, отскочил на пару шагов и выставил в мою сторону лезвие ножа.
— Не подходи ко мне, пожиратель гнилых плодов! Пусть боги не дали мне силы Джаду, клянусь, я буду сражаться, подобно самому Громовержцу-Индре!
— Ты спятил? — буркнул я. — Я не собираюсь драться с тобой. Пойдем отсюда, пока Владыка Алуру не прислал еще кого-нибудь!
— Я думал, ты мой друг! — Мерукан продолжал потрясать ножом прямо перед моим лицом. — Что ты такой же, как мы!
— Я и есть такой же, как вы. — Я пожал плечами. — Мне подчиняется сила Джаду, но я не высокородный Кшатрий.
— Ты не похож на напыщенного Владыку. — Мерукан чуть опустил нож. — Но я все равно…
— Мне даже хуже, чем тебе, — продолжил я. — До Безымянных никому нет дела, а меня Великий Мастер отыщет где угодно. Без твоей помощи я не справлюсь!
— Верно… Старикашка Алуру не из тех, кто прощает обиды. — Мерукан закивал. — Ты избил его сына и отнял жизнь Владыки из клана. Теперь он отыщет тебя где угодно.
— Даже в Аш… Ашк…
— В Ашрее? — догадался Мерукан. — Едва ли. Пустыня велика, а горы еще больше. Ашрей надежно скрыт среди скал. Всем Служителям клана Ледяного Копья никогда не отыскать его.
— Тогда помоги попасть туда! — Я вздохнул и опустил голову. — Мне больше некуда идти.
— Ты хоть представляешь, что сделают со мной старейшины, если я приведу в наш дом Владыку? — Мерукан засопел, но все же убрал нож обратно за пояс. — Агни милосердный…
— Я умею скрывать свой дар. — Я вновь загнал Амрита с ярлом Виглафом в самую глубину сознания, перекрывая «фон» Джаду. — Никто не узнает.
Я не мог толком разглядеть лица Мерукана, хоть вокруг уже и начинало понемногу светать, но чуть ли не слышал, как у него в голове вращаются крохотные шестеренки. Ему наверняка не очень-то хотелось рисковать и вести меня в Ашрей — тайное убежище Безымянных — но я все-таки спас ему жизнь… и уж точно не выгляжу другом Владык-Кшатриев.
— Лучше бы нам никогда не встречаться, Рик. — Мерукан сердито хлопнул себя ладонями по бедрам. — Но пусть ракшасы откусят мой нефритовый жезл, если я предам друга… Идем!
— Так не бывает, Рик! — Мерукан даже не поленился обернуться и недоумевающе посмотреть на меня из-за огромного мешка. — Любой Владыка принадлежит к одному из кланов. А изгнанники лишаются не только пряжек, но и силы Джаду.
— Можешь не верить, — усмехнулся я. — Только зачем мне обманывать друга, Мерукан? Я родился вдали от этих мест. Так далеко, что там нет ни кланов, ни Императора, ни…
— На берегу Великого Моря?
— Дальше.
— На каменных островах у берегов земель клана Белой Чайки?
— Еще дальше. — Я рассмеялся и поудобнее перехватил лямку. — Я и сам не знаю, откуда у меня этот дар.
— Ты весь состоишь из загадок, Рик, — проворчал Мерукан. — Я даже не знаю, сколько тебе на самом деле лет.
— Двадцать восемь. — Я зашагал чуть быстрее, чтобы не отставать. — А сколько мне, по-твоему, может быть?
— Откуда мне знать? Могущественным Кшатриям не страшна даже старость. — Мерукан перебрался через поваленное дерево, перегородившее тропу. — Дава рассказывал, что Владыка Алуру ничуть не изменился за последнюю сотню лет.
Ничего себе! Выходит, местные маги-воители еще и живут куда дольше простых смертных? Неудивительно, что они кажутся Викретам и Дасам чуть ли не божествами.
— Ты раскусил меня, — усмехнулся я. — Мне сто двадцать лет. И мне случалось бывать в Моту-Саэре и раньше… Сколько лет тебе, Мерукан?
— Двадцать три. Зачем ты спра…
— …и где-то двадцать четыре года назад я встретил в этом городе женщину…
— Захлопни пасть, Владыка! Ты мой друг, но если ты скажешь еще хоть слово про мою мать, клянусь Агни-защитником, я выпущу тебе кишки!
Мерукан схватился за нож и грозно завращал глазами, но через несколько мгновений не выдержал и рассмеялся так громко, что спугнул целую стаю птиц, рассевшихся на деревьях над нами.
