И вот сейчас, в четвертом сеансе виртуального общения, Леон предложил прокатиться вместе с ними на очередную ночную тренировку, намекнув, что если автобус все еще со мной, то я просто обязан поработать для них извозчиком.
Это было оно! То самое, чего я ждал. Чувствуя, как кровь приливает к щекам, быстро кивнул, соглашаясь. Сеанс связи тут же свернули - всем нужно было собираться. В мой рюкзак набилась куча нужных и ненужных вещей, причем большая часть из них оказалась предметами интимного характера, которыми обычно затариваются в секс-шопах. Сам же метнулся мыться, бриться и готовить свою горячо любимую пятую точку к долгожданным приключениям.
Мужчин подобрали возле их дома, но так как уже стемнело, а уличные огни горели еще не везде, рассмотреть особо ничего не удалось. Да меня это и не слишком волновало - я во все глаза смотрел на них, моих мужчин, брутальных красавцев, идущих по проходу салона.
Они снова расселись в центре автобуса, покидав спортивные сумки на свободные места, и поздоровались со мной по очереди… взасос.
Отрываться от Джокера не захотелось - потрясающе целуется, я заметил это еще в прошлый раз - так что я внаглую уселся к нему на бедра, снова притянул его руками за шею и впился вкусным поцелуем в невероятно мягкие губы. От остальных мужчин послышались смешанные с нервными смешками возгласы типа “воу-воу”. Сэм отвечал, но как-то вяло, без того напора, который вынес мозг мне в прошлый раз. Тогда я попытался запустить руку ему за пояс шорт, но он ее перехватил и отвел в сторону. Мужчина, прикрыв глаза, сказал, что не нужно сейчас, что надо остановиться.
Сердце ухнуло в пятки, среди вороха заметавшихся в черепушке мыслей удалось выхватить одну: неужели я все не так понял? И это общение без каких-либо намеков в скайпе, и дружеский тон, и что сейчас отталкивает… Неужели они просто хотели подружиться со мной, и им не нужен еще один партнер? От накатившего стыда захотелось оказаться где-нибудь подальше отсюда, да хоть на северном полюсе - остудить пылающее лицо.
Сэм же, не замечая реакции на свои слова, прижал меня к груди и продолжил рассказ о том, как тренер в прошлый раз рвал и метал, когда они явились на тренировку расслабленные и довольные жизнью. Тот ругался, объясняя, что в игре нужны ярость и боевой настрой, плевался, вопрошая, неужели они не могли потерпеть с сексом до конца игры.
По мере рассказа мой мандраж постепенно проходил. Ярость, говорите? Боевой настрой?
Оттолкнувшись от Джокера, встал, схватил свой рюкзак и прошел в конец салона к дивану, игнорируя удивленные возгласы из кресел в центре.
[1] МишаАвтобус (англ. дословно)
[2] Человек-Шутник (англ.)
[3] Как дела? (англ.)
========== 4 ==========
Содержимое рюкзака, собранное подсознательно руками без участия мозга, сейчас было как нельзя кстати. Покопавшись в нем, выудил то, что посчитал нужным, и ссыпал находки на диван. Задуманная шалость будоражила кровь, так что к тому моменту, как полностью оголился, член уже крепко стоял. Я провел по нему пару раз под ошалелыми взглядами столпившихся рядом мужчин, обеспокоенных моим странным поведением, отвернулся, встал коленями на диван вполоборота к ним, чтобы им было видно и как входит и выходит то, что я собирался в себя впихивать, и куда именно входит - выигрышная со всех сторон позиция.
Быстро расправился с тюбиком лубриканта, смазал один из концов полупрозрачного ядовито-розового дилдо, по форме напоминающего толстую длинную палку, и близко не смахивающую на член, завел руку с резиновым изделием назад, оперся другой рукой о спинку дивана для устойчивости в движущемся транспорте, обернулся…
Мать моя женщина! Непонимание исчезло из их взглядов, теперь там плескались голод и неприкрытое желание. Мужчины, сообразив, что происходит, попадали в кресла кто где стоял и приготовились наслаждаться зрелищем.
Прикусив губу и зажмурив глаза от не очень приятных поначалу ощущений (размерчик-то почти как у Леона), начал осторожно пропихивать в себя резиновую игрушку. Справившись с нелегким делом, отдышался, открыл глаза и потянул ее обратно. Взгляды всех мужчин были прикованы к одному месту, что так бесстыдно было выставлено на всеобщее обозрение.
Это заводило похлеще прямого физического контакта - вот так, на виду, дразнить и понимать, что им сейчас хочется занять место розовой игрушки, которую я уже теперь размашисто загонял в себя, вздрагивая всем телом и покрываясь мурашками при каждом точном попадании по простате.
Первым не выдержал Леон - протянул руку, осторожно огладил, а затем сжал сильнее мою ягодицу. Я шлепнул опорной рукой, отвлекшись на мгновение, по его наглой конечности и сказал по-русски: “Нельзя!”, но меня и без перевода поняли - темнокожий с разочарованным вздохом откинулся назад, на свое кресло.
