Внезапное появление воинов застало нас врасплох. Селира легко отпрянула от меня, и я заметил, что ее щеки заливает румянец. Мы обернулись на голос. Фуга и Клойд тащили за жабры по две крупных рыбы каждый. Барс, шедший налегке, жевал травинку, благодушно щурясь:
– Смотрите, что мои парни для нас выловили!
Я одобрительно поцокал, разглядывая улов рыбы, в боках каждой из которых зияли узкие раны от стрел. Палить по рыбе на порогах и к тому же попадать – это явно рука мастера. Но учитывая недавний комментарий, сказал я вовсе другое:
– Сколько стрел утопили, рыбачки?
– Обижаешь, старина, мы профессионалы. Два колчана!
Последние слова потонули в хохоте воинов, к которому с удовольствием присоединились и мы с Селирой.
Не теряя времени даром, Фуга принялся довольно ловко чистить рыбу большим, чуть изогнутым тесаком, а Клойд развел костер и принялся начищать котелок. Нас стало меньше, и бытовые обязанности перешли к младшим, так сказать, по званию. Барс тоже не собирался сидеть без дела и, удостоверившись, что его подчиненные заняты делом, отправился осмотреться вокруг. Хоть здешние места и были относительно безопасны, никогда не стоило терять бдительности, и я в этом был полностью согласен с опытным ветераном. Однако вернулся он очень скоро, идя в компании Маки и Люнсаля. Я с удивлением отметил, что Маки даже повеселел. Его ружье было закинуто на правое плечо, а в левой руке он тащил за шею жирного пеликана.
– Леди Селира, даже не думайте есть эту чешуйчатую гадость! – Маки кивнул на тушки рыб, уже очищенные Фугой. – Мы с вами сегодня откушаем поистине королевскую дичь!
Жрица добродушно улыбнулась, склонив голову набок:
– Благодарю, но я неприхотлива в еде.
Клойд отвлекся от костра и весело добавил:
– Не только в еде, но и в мужиках, да?
Это было не слишком умно с его стороны. Я шагнул в сторону воина, но жрица опередила меня. Проворно оказавшись между нами, она ткнула его в грудь с такой силой, что он повалился с бревна, на котором сидел на спину. Явно не ожидавший такого, он лишь рассмеялся, расставив руки в стороны:
– Сдаюсь, на вашу милость!
Жрица наградила его холодным взглядом и голосом, достойным болотной гадюки, процедила сквозь зубы:
– Туповатой солдатне, которая сует свой нос в чужие дела, стоит знать, что я не давала обетов и свободная женщина. Что же касается моего вкуса, то среди мужчин я предпочитаю умных и надежных, но обезьяне, которая умеет только железкой махать, это понять, конечно же, недоступно!
Клойд пробурчал что-то вроде «подумаешь, какие все гордые», поднимаясь и отряхиваясь, но тут же заработал оплеуху от Барса. С него и так хватило, но я все же подошел и, похлопав по плечу, тихо сказал ему:
– Больно? Это еще что. Неосторожные слова могут сделать тебе куда как больнее в другой раз.
Он закатил глаза, показывая, что считает всех присутствующих лишенными чувства юмора занудами.
– Я просто неудачно пошутил! Очень жаль, если задел чьи-то чувства!
Не желая более развивать эту тему, я, мельком глянув на загадочно ухмыляющегося Люнсаля, кивнул Маки:
– Видели что-нибудь интересное или необычное в лесу?
Маки довольно оскалился:
– А у тебя чутье, недаром шаман! Мы и правда наткнулись на кое-что интересное. К западу отсюда, за рекой, расположены руины какого-то древнего города утаремо. Собственно, они давно не представляют археологического интереса и разграблены. Любопытно другое, когда мы уже миновали реку на мелководье, там, где она расходится на два рукава, то услышали звук весел! Мы спрятались в кустах неподалеку и скоро увидели небольшую лодку с тальгедами. Держу пари, это были они!
– И что в этом интересного? – похоже, что Барс не разделял его энтузиазма. – Всем известно, что подданные Зоркундлат, как и наши, свободно приходят сюда за редкими травами. Войны сейчас нет, так что формально, – он развел руками в стороны, – ходят и ходят, у нас нет повода для беспокойства. Хотя часовых я, пожалуй, снова начну выставлять. Парни, без обид.
Маки довольно хохотнул.
– А интересно то, мой друг, что вендази никогда не были идиотами! Тальгедам строго-настрого запрещено соваться в эту часть Долины. Видимо, их покровители опасаются, что колдуны рано или поздно найдут способ оживить свой старый дом под еловыми ветвями.
– Откуда ты это знаешь? – Люнсаль выглядел несколько растерянным. – Я изучал историю всех войн в Академии, как и дипломатические договоры и пакты прошлого. Ни в одном документе я не читал о подобном.
– Мальчик, ты действительно думаешь, что позорное рабство кто-то будет документировать? – по обыкновению Маки начал выходить из себя и даже вскочил на ночи, отчаянно жестикулируя. – Ты думаешь, можно вот так запросто подчинить своей воле и заставить отринуть все собственное прошлое? По-твоему, возможно убедить навсегда забыть свой дом один из самых непокорных народов Имаргиса?
