На заднем сиденье валялся свежий номер «Кроникл». Заголовок на первой полосе гласил: «Убийство в автосалоне». Собственно репортаж шел на третьей странице, рядом со снимком нашей жертвы, получившей прозвище Шоу-герл. Заодно газета опубликовала обращение к широкой общественности насчет сведений про эту девушку, и так далее.
Ее потрясенные друзья не замедлили отозваться, и сейчас у нас уже было имя.
В последнее время сердце Лорен Макенна было свободно; ей нравилась модная обувь; и если не считать разовую подработку проституцией, все остальное время она тратила на учебу в Беркли.
Было ей всего лишь девятнадцать.
Бессмысленная и трагическая смерть. Мало того, маньяки до сих пор наслаждаются свободой. И вполне вероятно, вынашивают новые планы…
Под легкий перестук пальцев Траччио я свернула вправо, и мы выкатились на Юнион.
Я напоследок еще раз прокрутила в голове свою теорию. Если моя версия окажется неверной, шефу придется туго.
Несмотря на тошнотворно огромное число всяких «если», «вероятно» и «может быть», все пока выглядело более-менее логично. Убийцы Шоу-герл трудились в «Нордстроме».
Фешенебельный универмаг — один из моих любимых, кстати, — еще не успел открыться для покупателей. С другой стороны, персонал «Нордстрома» уже собрался и, сбившись в колышущиеся, взволнованно жужжащие группки, поджидал нас в главном торговом зале.
Питер Фокс, президент компании, внешне держался спокойно, однако на верхней губе у него проступил пот, а в глазах читалась тревога, пока он представлял нам с шефом свой магазин.
— Я тщательно проверил товары из того списка, что вы мне передали по факсу. Проверил лично. Вы оказались правы, все эти вещи действительно украдены, но я не могу поверить, чтобы хоть кто-то из моих сотрудников был связан с убийствами.
Необычной формы эскалаторы, соединявшие главный зал «Нордстрома» с верхними ярусами и подземной шопинг-галереей, были сейчас выключены. Очень кстати.
Пока я поднималась по ступенькам, чтобы окинуть орлиным взглядом сверкающие витрины, стеллажи и притихший персонал, в воздухе все явственнее проступал аромат «Черного жемчуга».
Я представилась и, когда в зале воцарилась совсем уж гробовая тишина, объяснила, почему здесь полиция.
— Наша лаборатория обнаружила на туфлях жертвы ряд отпечатков пальцев, и мы хотим вычеркнуть из списка подозреваемых всех тех, кто касался этой обуви в ходе своей работы. Если кому-то из вас неприятно подвергаться процедуре дактилоскопии и совершенно безболезненному снятию мазка со слизистой во рту, просто сообщите свои фамилии инспектору Джейкоби — вон тому симпатичному джентльмену в коричневом пиджаке, сидящему в кабинке справочного бюро. И после этого вы совершенно свободны.
Вдоль вымощенных мрамором проходов выстроились три длинные очереди. Техники Клэппера снимали ДНК-мазки, после чего народ подходил к столику, где у них проверяли документы и брали отпечатки пальцев.
Молли Пирсен, директор по кадровым вопросам, не отходила от меня ни на шаг. Ее слегка растрепанные седые волосы в сочетании с темными глазами за зеленоватыми стеклами роговых очков производили довольно забавное впечатление. Женщина тщательно отслеживала сотрудников по списку, вычеркивая тех, кто прошел обработку.
— Я же его видела, минуту назад был здесь… — вдруг пробормотала она, нервно оглядывая помещение.
Ее тревога подожгла во мне бикфордов шнур.
— Как-как вы сказали?! — резко обернулась я.
— Луи Берген. Наш завскладом. Он куда-то пропал.
— Луи был прямо передо мной, — сообщил какой-то худой мужчина с вандейковской бородкой, который стоял в нескольких шагах от нас. — А потом сказал, что ему надо сбегать… м-м… ну, вы понимаете.
И он махнул рукой в сторону мужского туалета, расположенного едва ли метрах в трех от лифта. Старомодная латунная стрелка над дверью лифтовой шахты клонилась влево и наконец замерла тремя этажами ниже.
— Как этот Луи выглядит? — потребовала я.
— Крупный. Метр девяносто. Блондин.
Я обернулась к шефу.
— Бегите, я здесь сам разберусь, — кивнул он. Секунду спустя я уже кричала Макнилу с Сэмьюэлзом, чтобы проверили уборные. Лемке и Чи надлежало заблокировать выходы на все улицы: «Никого не выпускать!»
Конклин с Джейкоби и я вихрем сбежали по эскалатору и оказались в огромной шопинг-галерее.
Пришлось резко сбавить ход, чтобы не отдавить ноги многочисленным покупателям, снующим в дверях модных магазинчиков и бутиков: «Годива», «Клуб Монако», «Бейли Бенкс и Биддл», «Бандолино», «Кеннет Коул»…
Сначала я не могла решить, куда смотреть, в какую сторону повернуться. В поле зрения — никого, кто бы напоминал словесный портрет Луи Бергена.
Зазвонил мой «Некстел», я тут же сорвала мобильник с ремня.
— Босс? В сортирах его нет, — доложил Макнил. — Вообще никого нет.
— Так… Ты с Сэмьюэлзом — марш к выходу на Пятую, — скомандовала я.
— Вон он… — негромко произнес Джейкоби. И я его увидела.
