Пифагор полностью

Трудно переоценить роль такого фактора, как общегреческие спортивные игры (прежде всего Олимпийские), в формировании единства греческого этноса. Не случайно на период проведения Олимпийских игр все участвовавшие в них полисы провозглашали священное перемирие: военные конфликты между ними на несколько месяцев приостанавливались, дабы атлеты и зрители могли безбоязненно добраться до места состязаний.

Постепенно между различными полисами начинает оформляться система межгосударственных дипломатических отношений. Первоначально эти отношения носили еще всецело личностный характер: аристократ из одного полиса завязывал контакты с аристократом — представителем другого — и вступал с ним в союз священного гостеприимства (ксению). Такой союз имел наследственный характер, то есть его продолжали поддерживать потомки заключивших его лиц. Со временем весь греческий мир оказался буквально пронизан нитями этих межаристократических ксенических отношений.

Из ксении выросла проксения, институт уже более официального характера, когда дружественные связи с гражданином какого-либо иного полиса устанавливал полис как таковой. Лицо, удостоенное проксении, становилось отныне как бы представителем одного полиса в другом.

Таким образом, мы наблюдаем зарождение полноценной дипломатической практики. Для переговоров по конкретным вопросам из одних греческих государств в другие направлялись послы и глашатаи, считавшиеся неприкосновенными. При этом такого привычного нам явления, как постоянно функционирующие посольства на территориях других государств, Греция не знала.

В архаическую эпоху полисы начали заключать между собой межгосударственные договоры различного характера (о разрешении спорных территориальных вопросов, о дружественных отношениях и т. п.). Некоторые из этих древнейших договоров дошли до нас в виде выбитых на камне надписей. Рано или поздно должны были появиться межполисные союзы, объединения, включавшие в себя несколько государств.

Одним из наиболее распространенных типов таких объединений была амфиктиония — религиозно-политический союз ряда полисов с центром в каком-нибудь авторитетном святилище. Наиболее известной и влиятельной была Дельфийская амфиктиония, в которую входил ряд сильных полисов (в том числе Афины, Спарта и др.), ставивших своей задачей охранять святилище в Дельфах от посягательств любых врагов. Амфиктионии были, конечно, очень рыхлыми структурами, расплывчатыми по составу участников и политической ориентации.

Более сплоченными были симмахии — союзы чисто военного характера, заключавшиеся полисами или на началах равноправия, или (чаще) под главенством какого-нибудь одного, наиболее сильного из них. Типичным примером симмахии был Пелопоннесский союз во главе со Спартой; это мощное объединение к концу VI века до н. э. охватывало собой почти весь полуостров, от которого оно получило название. Впрочем, ввиду характерных для полисного мира партикуляристских тенденций полномасштабные и долгосрочные военно-политические союзы были скорее редкостью. Полисы предпочитали заключать союзные договоры на небольшой срок или для конкретного военного мероприятия. Ведь спустя краткое время могла сложиться ситуация, когда приходилось воевать против своего же недавнего союзника.

Межгосударственные отношения, сложившиеся в древнегреческом полисном мире, начали распространяться и за его пределы. Греки вступали в связи экономического и политического характера с окружавшими их государствами. Все негреческие народы, всех иноплеменников они объединяли под общим названием варваров («невнятно говорящих»). Впрочем, слово «варвар» в эпоху архаики еще не несло уничижительного оттенка. Презрение к негрекам, признание их людьми «второго сорта», чуждыми свободе, «рабами от природы» — явление более позднего порядка. Пока же греческие аристократы охотно вступали в ксенические и брачные связи с царями и вождями «варварских» народов.

В целом внешнеполитическая ситуация VIII—VI веков до н. э. была весьма благоприятной для греческого мира. В течение нескольких столетий Греция не знала сколько-нибудь серьезных внешних угроз: никто из соседей не имел ни достаточных сил, ни желания покушаться на независимость этой страны, иметь дело с ее воинственным, свободолюбивым народом. Более характерным было установление дружественных отношений между греками и окружающими государствами. Так, на востоке главным партнером греческих полисов была уже знакомая нам Лидия.

Лидийские цари, правда, осуществляли давление на населенные эллинами города Ионии, стремясь подчинить их своему влиянию. Но с самой Грецией они старались оставаться в дружбе. Самый знаменитый из владык Лидии — Крез (правил в 560—546 годах до н. э.) — всячески демонстрировал свое почтение к Дельфийскому оракулу, заключил союз со Спартой.