Лариса Георгиевна плеснула себе мартини и, понимая, что глупо было бы просить у Вали лёд, опрокинула сладко-горький напиток в рот почти одним глотком. Савельева повторила её подвиг, чувствуя, как по телу разливается тепло, а ноги перестают слушаться.
– А ещё я собираюсь замуж, – выложила экс-Чарская свою последнюю новость. Валентина воззрилась на подругу и, не сдержавшись, матюгнулась по-мужицки.
«Как легко всё даётся этой вертихвостке: раз – и перепрыгнула из одной официальной койки в другую! Наверняка она и у Антона в постели побывала!»
И Валентина, подозрительно щурясь, поинтересовалась:
– Признавайся, стерва, трахалась с моим мужиком, ведь так?
– Ты что, Валечка! Да я ни сном ни духом, вот те крест! – Но испуганное выражение лица Чарской говорило об обратном.
– Нет на тебе креста! – выдохнула Валентина и, резко выбросив вперёд кулак, ударила Ларису прямо в лицо. Что-то хрустнуло на этом издевательски красивом лице. Ларочка схватилась за кровоточащий нос и ретировалась в коридор, приговаривая:
– Иди ты в жопу, подруга называется! Я к ней как к человеку, а она – нос ломать! Да я на тебя в суд подам, сука старая! Правильно твой Савельев делал, что гулял от тебя с настоящими бабами! Да, была я с ним. Понятно? Завидно, да? Зато с тобой он больше никогда не будет! Ни-ког-да! – отчеканила Лариса и, увернувшись от очередного удара Валентины, с диким криком ринувшейся за ней с полупустой бутылкой наперевес, выскочила из квартиры Савельевых.
А Валя, выпустив пары и растеряв боевой пыл, села прямо на пол, высосала из бутылки весь мартини и зарыдала в голос, оплакивая свою закончившуюся жизнь. «Может, вены порезать? – лениво подумалось ей. – А зачем? Кто оценит? У виска пальцем покрутят да забудут. Лучше уж ещё немного попить!» И Валентина всерьёз озаботилась проблемой: где достать выпивку?
Чарский явился домой в приподнятом настроении, с шампанским и цветами.
– Танечка! Поздравь нас! Знаешь, что сегодня произошло? Я свободен! – пропел Дмитрий Сергеевич, подражая Кипелову.
– Поздравляю! – немного меланхолично откликнулась Татьяна. – И что ты предлагаешь нам сделать? Выпить? Я – пас!
– А что так? Ты не рада? Не вижу выражения бесконечного счастья в любимых глазах! – Чарский, обняв Таню, закружил её по комнате. Она сделала многозначительное лицо и погрозила разбушевавшемуся Димочке пальцем:
– Осторожнее, о мой питекантроп! Мы плохо переносим качку!
– Постой-ка, постой-ка… ты сказала «мы»? Так ты что… – Чарский плюхнулся в кресло, уставившись на Танечку с выражением полного обалдения.
– Да, да, да! У нас будет наследник! – торжествующе завершила бессвязную речь Димы Татьяна.
– И он будет носить мою фамилию! – обрадовано воскликнул Чарский.
– А пан непременно хочет, чтобы ребёнок официально носил его фамилию? – уточнила Исаенко, приподняв красиво очерченную бровь.
Дмитрий Сергеевич поднялся из кресла, приосанился, схватил со стола оставленный на нём букет, а затем, картинно упав на одно колено, по-юношески порывисто протянул цветы любимой женщине и торжественно произнёс:
– Танюша! Теперь уже на правах абсолютно свободного от прежних обязательств мужчины я хочу спросить тебя, самую прекрасную даму в округе: примешь ли ты униженные мольбы о нашем браке? Осчастливишь ли ты меня, недостойного, согласием стать моей законной женой?
– Детский сад какой-то! – хмыкнула Танечка.
– Ладно, Чарский, осчастливлю!
– Наследника назовём Артёмом! – тут же потребовал Дмитрий Сергеевич. – Артём Дмитриевич – звучит здорово!
– Особенно если это будет девочка, – не сдержавшись, добавила Таня.
– Наследник не может быть девочкой! – возразил Чарский.
– Я люблю тебя, Димка! – рассмеялась Татьяна, спрятав лицо в цветы.
– Тогда в койку! Бегом! – скомандовал Чарский, салютуя пробкой от шампанского прямо в потолок.
– Я не хочу быть Чижовой. И вообще, почему ты решил, что я должна выйти за тебя замуж? – возмущалась Дина, недовольно глядя на Влада, по-хозяйски устроившегося в её со вкусом оформленной маленькой кухоньке.
– Это не я так решил, это мы так решили. Мы же подали заявление почти месяц назад, ты забыла? Через неделю свадьба! – кипятился Владик. Он привык к идеальному порядку и размеренности, а тут взбалмошная Диана решила спутать все карты, отказавшись от официальной свадебной церемонии.
– На фиг ты мне сдался со своими претензиями? «Это не пей, с тем не встречайся, туда не ходи», – очень похоже передразнила Резник Влада, и он невольно хихикнул.
– И не смейся! – взвилась Динка. – Я, между прочим, решила стать звездой сцены! Я петь хочу! Ты меня раскрутить сможешь?
– На карусели я тебя раскручивать буду, – мрачно пообещал Чижов.
Ему надоело спорить со своенравной красоткой. Он всё чаще всерьёз задумывался: нужна ли ему такая жена? Да, конечно, с ней весело и интересно, она умеет самое обыденное событие превратить в фейерверк, но в том, что касается налаживания семейных отношений, она полный ноль. Динке будет тесно в рамках одного романа, длящегося всю жизнь. И Влад, скорее всего, «пойдёт по мужикам» от безысходности.
