Мне удалось удержать лицо, а вот кулаки непроизвольно сжались. Счёт к мужу вырос до гигантских размеров. Гад! Можно подумать я не пойму, зачем он это делает. Ведь сто процентов решил, что я обижусь на такое отношение, и перестану цепляться за преподавание в Академии!
– Для меня лучшая награда – ваши успехи, – ответила им. – Вы не забыли, что у нас скоро лекция?
Похоже, у большей половины это вылетело из головы, и они разбежались предупреждать друзей, что немного задержатся. Со мной задержались участники ночного похищения калмана. – Мы слышали, вы свою соотечественницу ищите. Тарриэль.
– Вы что-нибудь о ней знаете? – навострила уши я.
– Нет. Она тихая была, в библиотеке часто пропадала, – ответил Декст.
– Красивая, – мечтательно произнёс гном, но, поймав мой взгляд, смутился и поддакнул: – Но мы можем среди своих о ней поспрашивать, или в городе, если надо.
Я подавила разочарование, но не стала отказываться от помощи.
– Буду благодарна, если вам удасться узнать, куда она уехала. Её родные беспокоятся.
– Хорошо, мы проверим перемещение через стационарные порталы и ворота. Времени много прошло, но стражники эльфийку запомнили бы.
Я кашлянула. Ну да, почему-то мы особенно всем запоминались. Даже леди наги вызывали куда меньший интерес у всех вокруг. Хотя у этих особ принято закутываться в кучу одежд, оставляя напоказ лишь кончик хвоста и миндалевидные глаза с щелевидными зрачками. Говорят, дома она находится всегда в драгоценностях. Чем больше – тем лучше. Мол, таким образом обеспечивают себе неприкосновенный запас. Если муж или отец вдруг решит выгнать строптивую дочь или жену из дома, то она может уйти лишь в том, что надето на ней.
– Ладно, – встряхнула головой, – впереди лекция. И… новости. Новый материал проходить не будем, да вы уже все практически изучили с леди Фиорой. Обсудим будущие практические занятия, разберем ваши ошибки и успехи во время учений. Так что, не опаздывайте.
Посмотрела вслед убегающим адептам, потом взглядом чуть повела в сторону, где проходила одна из аллей. Среди адептов и преподавателей заметила Хама. Он и Эктавион стояли на краю тропы, чтобы не мешать снующим взад-вперед существам. И о чем-то разговаривали. Я огляделась, помахала рукой Хильде и нырнула в тень. О чем могут беседовать высший и преподаватель дипломатии. Надеюсь, Хам теперь не считает соперниками всех эльфов в округе? Тем более, в Эктаивоне я не видела ухажера.
Подслушать разговор не удалось. Когда мне до собеседников оставалось метра два, Эктавион откланялся и ушел. Гордая осанка, идеальные волосы, блестевшие на солнце, гордый профиль. Но что-то высший казался мне куда как привлекательнее.
Кажется, я перегрелась.
Но все равно стояла в тени и разглядывала военную выправку, четкий надменный профиль с чуть выдвинутой вперед челюстью – признак упрямства. И темно-синий костюм, чем-то похожий на мундир.
Пока я стояла и занималась глупостями, Хам не терял времени. Вдруг развернулся и в упор уставился на меня. Зелеными прищуренными глазами. Я застыла, понимая, что в тени он не мог меня увидеть. Но тут же память услужливо подсунула воспоминание, как высший выдернул меня из маскировки во время практических занятий. Тут и Хам шагнул в мою сторону, сказал негромко:
– Подслушивать нехорошо, леди Дэрин.
Пришлось снимать маскировку.
– Как ты догадался?
– Ты же моя жена, – пожал плечами Хам.
Отлично, он просто великолепно объясняет.
– И?
Хам на мгновение возвел глаза к безоблачному небу.
– Дэрин, на таком расстоянии я легко чувствую тебя. Твой запах, биение сердца.
– И на какое расстояние мне надо отойти, чтобы перестал чувствовать?
Мой вопрос мило проигнорировали.
– Дэрин, скоро лекция.
– О, да! – тоже решила сменить тему, – соскучилась по адептам.
Хам чуть отступил и повел рукой, приглашая присоединиться к его компании. Я же чуть вздернула бровь: что это за эльфийские жесты?
Высшего словно подменили. Не пытался взять меня под руку, приобнять. Шел чуть в стороне. Примерно полшага. Обычно так себя ведут женихи или те, кто собираются ухаживать.
Я уже начала коситься едва ли не с испугом. Мало ли. Врагов у Хама, скорее всего, много. Точнее – недоброжелателей. Выступать против высшего в открытую – чистой воды самоубийство. Но, может, навели порчу?
– Виланд все же доказал, что не зря занимает пост ректора.
– М-м-м, – протянула я, – а кто-то сомневался? Теперь родители кинутой невесты отстанут?
– Ничего не скрыть от эльфов, – вздохнул Хам, – они недовольны, но им придется смириться. Сам Император отметил великолепную подготовку адептов. Виланд теперь ректор – пожизненно.
Я закашлялась, потом кое-как спросила:
– Это точно награда?
– После войны с Черной нечистью Виланда звали работать в Военном Министерстве. Ничего удивительного, учитывая, что его отец работал там же. Но вот Виланд предпочел обучать адептов. Он и на войне опекал тех, кого из Академий забросили сразу на поле боя.
– Еще и с семьей разругался. – пробормотала я.
– Его отлучили от наследства.
