Она не стала вставлять ремарку, типа, ты не можешь знать, что я люблю или нет на ДАННЫЙ МОМЕНТ. Молча прошла на кухню и поставила на плиту кастрюлю с борщом. Есть очень хотелось, да и гостя, пусть и незваного, покормить не мешает.
– Я правда телефон потерял, – услышала Ляся за спиной. Это Валера последовал за ней на кухню. – Но заранее не стал звонить, потому что хотел нагрянуть.
– Ммм, – промычала Ляся, доставая из хлебницы «бородинский». С борщом они ели именно его, намазывая сверху горчицу. Со щами булку с майонезом. С гороховым супом гренки с чесночным соусом.
– Я так понял, ты одна?
– Живу – да.
– Но кто-то есть?
– У всех кто-то есть, – туманно ответила она.
– У меня нет.
– Да ладно? – она нервно расхохоталась. – Дня три? Или целых пять?
– Уже три месяца.
– И тебе стало настолько одиноко, что ты решил приехать к своей законной жене в гости?
– Я насовсем, Лариса.
– В смысле? – она не притворялась. На самом деле не совсем поняла, что он имеет в виду.
– Я хочу воссоединиться с тобой. Мы все же, как ты верно заметила, муж и жена.
– Вспомнил? Вот молодец!
Валера подошел к ней, встал рядом. Ларисе показалось, что он хотел ее обнять, но остановил себя.
– Как ты смотришь на это? – тихо просил он.
– Не знаю, – честно ответила она.
Еще год назад знала. Сейчас нет.
Тогда мечтала о воссоединении с мужем, перед тем как отойти ко сну, бывало, представляла себе, как он упадет перед ней на колени и попросит прощения, а теперь об этом совсем не думала. Валера застал ее врасплох.
– Ты не настаивала на разводе, значит, ждала, когда я вернусь, – проговорил он.
– А почему не настаивал на разводе ты?
– Наверное, в глубине души всегда понимал, что именно ты МОЯ женщина.
– А может, я запасной аэродром? Ну, знаешь, такой старенький, заброшенный, но функциональный. И если новый перестанет давать посадку, всегда можно будет сесть на тот, покинутый… Запасной.
– У тебя суп кипит.
В этом был весь Валера. Он никогда не оправдывался.
Лариса выключила газ, взяла половник, тарелки и стала разливать борщ. Муж следил за ее действиями молча. Когда же Ляся жестом пригласила его садиться за стол, он выпалил:
– Я очень сильно соскучился по тебе.
Она фыркнула.
– Серьезно. Только сейчас это понял.
– Ешь.
Валера взял ложку и зачерпнул суп. К хлебу и горчице не притронулся.
Изменил свои гастрономические вкусы?
– Очень вкусно, – похвалил борщ Валера. – Давно я не ел ничего подобного.
Значит, его пассия не готовила. Или готовила, но невкусно. А Валера, как большинство высоких, худощавых мужчин, обожал вкусно и обильно поесть. Хотя сейчас, возможно, он и в этом изменился.
– Могу я узнать, с кем ты встречаешься? – спросил Валера, оторвавшись от борща.
– Зачем тебе?
– Хочу понять, серьезно у тебя или нет.
– А если да?
– Придется преодолевать большие трудности, потому что я настроен решительно.
– Почему ты расстался со своей… Не знаю, как называть эту женщину…
– Никак не надо. Давай сделаем вид, что ее не было.
– Извини, дорогой, но у меня вряд ли получится, – криво усмехнулась Ляся.
– Но я отвечу тебе тем же. Не буду тебя расспрашивать о тех мужчинах, что были…
– Вот ты жук, Валерка! Меня, может, и расспрашивать не о ком?
– Но ты же сама сказала, что у тебя кто-то есть.
– И что? Я легко вру, как-никак в продажах работаю.
– Тоже верно. Но красивая молодая женщина не бывает одна.
«Еще как бывает! – хотелось закричать ей. – Потому что достойных мужчин не так много, а на поиски «того самого» нужно время, которого нет. Вся жизнь в работе. Поэтому и заводят люди служебные романы, да вот только все мои коллеги подходящего возраста имеют семьи, а я, в отличие от твоей (как там ее?), никогда не вступлю в отношения с женатым. И я не одна такая. Нас много, молодых, красивых, страдающих от одиночества…».
– Почему ты расстался со своей женщиной? – не стала отступать Лариса.
– А что, если не было никакой женщины? Постоянной, я имею в виду. Лишь легкие интрижки.
– Мне нужна правда, Валера.
– Но ты так упорно закрывала на нее глаза два с лишним года…
– Да, и мне это надоело. Хочу прозреть. Итак?
– Я не могу иметь детей, – выдавил из себя супруг.
– Неужели прошел обследование?
Валера кивнул.
– Как она тебя уговорила?
– Я сам… – Ему было очень не по себе. Валера не открывался даже перед близкими. Лишь иногда приоткрывал раковину, в которой прятался. – Просто, когда от тебя не могут забеременеть две женщины, очевидно, что проблема не в них. Так и оказалось, я никогда не стану отцом. По крайней мере биологическим.
– И она бросила тебя, бесплодного? – Это было жестоко! Лариса поняла, что ударила слишком сильно, да по самому больному, когда увидела, как дрогнуло непроницаемое лицо Валеры. Хотела попросить прощения, но передумала. Она всего-навсего сказала правду. А на правду, как говорят, не обижаются.
– Не сразу, – ответил Валера. – Мы какое-то время обсуждали тему усыновления. Она колебалась. Но пришла к выводу, что хочет своих детей. Она-то здорова.
– Я ее понимаю.
– А я нет!
Он выкрикнул это. Хотя голос повышал крайне редко.
Раньше, по крайней мере.
