На самом деле Александр никуда завтра не уезжал. И дела могли подождать. Ему просто захотелось увидеть Лару. Вчера (формально сегодня, но раз поспал, считай, вчера) он психанул! Не выслушав, распрощался с ней. А сегодня пожалел. И захотел по меньшей мере увидеть. Пусть бы она приехала с Берковичем, все равно. Но раз одна прибыла, это, возможно, судьба…
«Опять ты, Саня, голову забиваешь романтической бабской дрянью, – упрекнул себя Соль. – Взрослый мужик и все веришь в какие-то химеры… Судьба! Сколько у тебя было этих «судеб»? А все один…»
– Александр, давайте еще раз обсудим концепцию, – начала Лара, вытащив планшет. – Я так поняла, вас что-то не устроило?
Саша отобрал у нее айпэд и положил его на стол.
– Давайте лучше посмотрим фото, – предложил он.
– Зачем?
– Вы не любите изучать альбомы со снимками?
– Нет, почему же? Если я в гостях у друзей, делаю это с удовольствием. Мне любопытно, как выглядели они детстве и юности.
– Это вы сейчас дали мне понять, что я вам не друг, поэтому мой альбом вам не интересен? – усмехнулся Александр. – Но спешу вас успокоить, в нем нет ни одного моего снимка. Я был толстым, стеснительным мальчиком и не любил фотографироваться.
– Тут работы вашего отца?
– Да. Самые лучшие, на его взгляд. Так что, хотите посмотреть?
Она кивнула.
– Тогда усаживайтесь рядом. – Саша распрямил и опустил ноги, затем похлопал ладонью по дивану. Лара опустила на него свою хорошенькую пятую точку – Соль вообще-то больше на грудь обращал внимание, но упругие женские ягодицы его тоже не оставляли равнодушным. – Давайте выпьем что-нибудь? Чай, кофе, сок, морс, вода?
– Морс, если можно.
– Можно, – заверил ее Александр и крикнул: – Дарья!
На его зов тут же прибежала домработница. Она была приходящей. Являлась каждый день, кроме понедельника. Такой график выбрала сама. По какой причине, Соль не знал. Он предлагал ей брать выходной в субботу или воскресенье, но Дарья отказалась. Александр удовлетворился этим. Если женщине удобно так, то ему тем более. По воскресеньям он частенько принимал гостей: банька, шашлычки, и помощница по хозяйству ему была просто необходима.
– Морс остался? – спросил Александр у домработницы.
– Да. Еще я компот сварила из сухофруктов, ваш любимый.
– Отлично, неси и то и другое. А чем так пахнет вкусно?
– Вы же пирогов просили с луком и яйцом. Пеку.
– Золотая ты женщина, Дарья.
– Да скажете уж, – засмущалась она.
– А когда пирожки будут?
– Через десять минут выну. Еще двадцать на то надо, чтоб отпыхнули. Так что через полчаса могу подать…
Саше показалось, что его гостья сглотнула слюну. Проголодалась, бедняжка. Не позавтракала, наверное. А может, на диете? Хотя нет, в клубе она кушала стейк с картошкой.
– Лариса, вы едите пироги?
– С превеликим удовольствием.
– Тогда, Даша, неси пироги, когда они отпыхнут. А потом можешь быть свободна.
Женщина кивнула и унеслась в кухню.
– Что, начнем? – Соль открыл альбом и положил Ларе на коленки.
– Это кто? – спросила она, указав на первый портрет. На фотографии была женщина в павловопосадском платке. Полная, розовощекая, улыбающаяся, пышащая здоровьем и задором.
– Буфетчица Дворца культуры тетя Маша. Ей сорок два здесь. Разведенка. Ее бывший муж-алкаш не давал ей жизни. Являлся и домой, и на работу, клянчил денег, устраивал скандалы. Тетя Маша часто плакала, была дерганой, но доброй. Хотела уехать куда-нибудь, чтоб скрыться от экс-супруга, да некуда было. Папа этот снимок в газету послал, его напечатали. И стали в редакцию письма приходить от мужчин, желающих познакомиться с тетей Машей.
– Прямо как в фильме «Семь невест ефрейтора Збруева»?
– Точно. Только тетя Маша не разменивалась. Выбрала самого достойного, вдовца из крупного села в Оренбургской области, и уехала к нему.
– Здорово! Ваш папа просто Купидон. А эту женщину он тоже удачно пристроил? – Лара указала на другое фото. С него, хмурясь, смотрела хорошенькая барышня. Руки скрещены на груди. Одна нога поджата. – Она что, каблук сломала?
– Точно. И пристраивать эту женщину не было необходимости, это моя мама. Они с отцом, меня тогда еще не было в проекте, пошли на демонстрацию первомайскую, а он вместо того, чтобы поддерживать жену под руку, щелкал по сторонам фотоаппаратом. Мама наступила в какую-то ямку и сломала каблук.
– А вы на нее похожи? Я не пойму…
– На отца.
– Есть его фото?
– Да, вот… – Саша перелистнул страницу и продемонстрировал Ларе кадр, на котором отец фотографировал самого себя в зеркале. Или как сейчас бы сказали, делал сэлфи.
– Симпатичный мужчина. Но я не вижу между вами сходства.
– То есть я не симпатичный?
– Нет, вы тоже, но… – Лариса так по-детски смутилась, что Соль рассмеялся. – Но вы другой, – обиженно проговорила она.
– Папа был похож на печального рыцаря. Одухотворенное лицо, мечтательный взгляд, прозрачные пальцы. Я же такой обычный, земной, основательный. Но черты лицо у нас идентичны. – Он снова вернулся к началу альбома. – Продолжим?
– Александр, мы работать будем сегодня?
– А вы хотите?
– Не особо.
