Егорушкин отомкнул замок, открыл дверь комнаты. На пороге, с руками застёгнутыми наручниками, стоял и щурился, привыкая к свету, полицейский.Когда он немного адаптировался к обстановке, Егор повёл арестанта в нужник. По дороге туда и обратно, полицейский завёл разговор о жизни в лагере, и жизни вообще. Егорушкин, которому было скучно, охотно поддержал разговор и даже успел проникнуться симпатией к узнику.Более того, за те 120 метров, которые они прошли туда и обратно, да ещё и за некоторое время, проведённое в отхожем месте, Егор почувствовал в полицейском родственную душу. Закрывая дверь «камеры» за «арестантом» Егорушкин уже был готов выполнить любое желание этого человека.
------------
-Что делать? Да ничего! Как жили, так и будем жить, как готовили революцию, так и будем готовить, - воскликнул Глова, - я ведь так понимаю, что Фёдор всё или почти всё знает, тем более у него личный интерес, в том, чтобы Аморалика потеряла и так своё пошатнувшееся положение.
-Пошатнувшееся? – удивился Рогоза, - а что ты скажешь о том, что в некоторых словенских странах, таких как Полуния, не говоря уже о трёх маленьких вшивеньких приморских, где скорость гусеницы считается сверхскоростью, хотят вообще уничтожить всё русувийское. А ведь это делается в угоду Аморальцам, не считаясь ни с чем. Кроме того, в той же Полунии и Чехонии вообще устанавливают Аморальские военные базы и радары. Не знаешь почему? Может потому, что пошатнулось их положение?
-Вот именно. Аморалика боится потерять власть в мире совсем, и поэтому пока есть некоторые главы государств, готовые целовать им их грязные сапоги, Арнольд и его Правительство хотят закрепиться везде, где это возможно. Ведь выгнать их потом будет очень тяжело.
- Фёдор, ты об этом знаешь? – прерывая спорящих, спросил Измеров.
-Да нет, откуда, - ответил тот.
-Значит так, у меня есть предложение. Фёдор ты ещё немного полежишь у нас, подлечишься. Потом поговоришь с отцом, раскроешь ему ситуацию, ведь не такой он слепой, должен увидеть, что Русувию хотят уничтожить. А мы пока будем продолжать действовать по плану, если Президент прозреет, начнём с помощью Фёдора и естественно с помощью Президента исправлять ситуацию. Я ещё поговорю с председателем партии любителей зверушек, хватит им всё время воздерживаться, пора и громко сказать, что-нибудь дельное, - разгорячился Виталий Всеволодович.
-Всё это хорошо, но только в том случае, если Президент не продался с потрохами Королю Аморалики за аморальское гражданство, домик на берегу океана и солидный счёт в банке, - рассудил Андрей, - плюс нельзя сбрасывать со счетов покушение и различные политические диверсии, ведь сознание сразу не перестроишь, будет много недовольных.
-Да ты прав, но недовольных будет не так много, в основном Амральские прихлебатели, да те, кто уже давно смотрит в сторону Запада и не представляет своей жизни без своих хозяев. Мы их вышлем, скатертью дорога, - не согласился Измеров
-Ну-ну, - махнул рукой Свиридов.
-Я поговорю с отцом. Не думаю, что он совсем пропащий, - умоляюще глядя, почему-то на Андрея произнёс Фёдор.
-Хорошо, поживём, увидим, - подвёл черту Измеров, - да, Андрей, ты говорил, у тебя есть какие-то соображения по поводу оружия, патронов и так далее.
--------------
Инна и Рудик сидели в ресторане, не совсем шикарном, но достойном. Рудик «распушил перья» и пытался произвести на девушку впечатление.
-Инночка, я тебе уже говорил, что части внутренней охраны, самые подготовленные, самые боеспособные? Всё новейшее оружие испытывается нами.
-Да, говорил, когда вёз меня на работу. А про то, что вы испытываете оружие – нет. Наверное, так здорово первым взять в руки новейший автомат или испытать какую-нибудь новую боевую машину? – округляя глаза и складывая руки в умилении, обратилась в слух девушка.
-Ну сначала, конечно, аж дух захватывает, а потом надоедает. Вот недавно привезли нам на испытание партию оружия, сдали мне на склад. Я его принял, посмотрел, повертел в руках ничего особенного, уже не интересно.
-Ой, тебе на склад! Ты большой начальник? Да? А можно мне пострелять? – продолжала «изумляться» и «восхищаться» Инна.
-Да. Я их всех вот как держу, - сжав одну руку в свой огромный кулак, и поднеся его к лицу девушки, другой, выливая остатки водки из литрового графина к себе в рюмку, ответил уже изрядно захмелевший Рудик, продолжая «производить впечатление» на собеседницу.
-Официант! Ещё водки! – крикнул «большой начальник» и стукнул кулаком, который только что показывал Инне, по столу так, что посуда подпрыгнула.
-А какое новое оружие к тебе на склад привезли? – поинтересовалась девушка.
-Какое оружие? Ты, что шпионишь? – вдруг вспыхнул Рудик, - кто тебе сказал?
Инна удивлённо взглянула на сержанта:
-Да ты же сам - только что!
-Ничего я тебе такого не говорил, стерва! - продолжал возмущаться пьяный начальник склада.
-Не говорил, не говорил. Это я так подумала, раз военный, значит должен знать новое оружие, - пыталась успокоить разбушевавшегося кавалера девушка.
