«Они обе плохо поворачивают, если разгоняются!» — догадался Грису, наблюдая, как Рю снова начала набирать скорость, затем сбавила темп перед очередным поворотом.
— Горилла, — шикнула Рю, когда пролетала над сестрой.
Рюга оклемалась, тряхнула головой, зарычала и помчалась следом.
В порту, когда близнецы добрались до Тощего, красная сестра хватанула канат, на ходу сплела петлю. — «Нужно обогнать ее до Наэля, тогда я выиграю!»
Рю сильно ушла вперед. Чтобы сократить дистанцию, Рюга наклонилась, влила в костяные ноги столько духа, что начала срывать брусчатку. В таком состоянии Рюга уже не могла сдерживать красный череп поверх лица. За поворотом оказался мужчинка, который при красной смерти решил превратиться в статую. Рюга выхватила у него мотыгу из рук, сломала черенок на две части.
Метнула сначала тот что короче в Рю. Та бежала по воздуху на уровне крыш.
— Мазила! — крикнула белая гонкай, краем глаза глянула назад, резко отскочила вправо, чтобы уклониться от второго снаряда.
— Замедлилась! — гаркнула Рюга.
Рю поняла, что угодила в лассо. Красная гон натянула канат. Связанная по рукам Рю дернулась назад. От резкой остановки у нее потемнело в глазах. Белая гонкай приземлилась на улицу, где вместо мостовой начинался песок.
— Моль бледная! — крикнула Рюга, пробегая мимо близнеца.
Веснушка махал и что-то кричал в конце улицы.
— Сестра, там кто-то идет!
Гонкай чуть не протаранила здание на углу, перед ней за поворотом вышагивала толпа в синих халатах и квадратных шапочках.
— С ДОРОГИ СЛАБАКИ! — проорала Рюга.
— НЕ УЙДЕШЬ! — крикнула Рю со спины.
Гонкай встала в стойку, ее исток заполнил всю улицу в разы быстрее, чем когда-либо в жизни. Рю заорала, со всей силы топнула ногой в мостовую. В сотне метров Перед Рюгой, всплеснула стена песка, а под ногами образовалась яма глубиной по пояс. — «Вот стерва!» — Рюга удлинила кость и шагнула по дну, не сбавив темпа.
Рю и не думала останавливаться. Она знала, что нарушает правила уже второй раз, но также знала, что Рюга тоже сделала это и непременно сделает снова. Белая гонкай провела по воздуху серию ударов руками-ногами, целясь чуть ниже сестры. На этот раз Рюгу накрыла волна песка, причем летел он со всех сторон. Красная близнец снова покатилась кубарем.
— Привыкай к земле, — крикнула Рю, которая за несколько секунд пролетала над пыльным бедламом.
Из облака вырвалась костяная ручища. С высоты крыш, белая гонкай шлепнулась на землю. Благодаря большому количеству поворотов, она таки сумела нагнать Рюгу. После двух падений летать над крышами у Рю пропало всякое желание.
По пути к Наэлю близнецы бежали нога в ногу.
«ТОЛКНУ! — решили они одновременно».
Отбежав в стороны, сестры пошли на таран. В последний момент они убрали дух из тела, но он будто смешался и выплеснулся накрест в виде чернильного пламени. Близнецы проделали это трижды, пока не вышибли друг из друга остатки духа. Сорняки, торчащие из мостовой, даже зеленые быстро превратились в черные, обугленные волоски. Дома в округе уже пострадали от пожара после последнего набега пиратов, и загораться было нечему.
Наэль указал в сторону Тихого, и тут же удрал подальше. Когда мальчишка выглянул из-за угла, он увидел дымящуюся мостовую, за ней кучу неместных в синих халатах, щедро посыпанные пылью и песком.
Дракончик вернулся к финишной черте, где стояла Нина. Жители, что ждала исхода состязания, толпились вокруг детины с со свисающими ушами. Мальчишка прошмыгнул между жителей поближе к горе мышц. Возле здоровенной бочки стоял не менее огромный зверопес и раздавал угощение. Дракончик протиснулся, хапнул несколько жмень и распихал их по карманам, вопросительно посмотрел на зверолюда, тот с улыбкой кивнул.
— Спасибо! — сказал мальчишка и пошел глядеть на улицу, откуда где должны были появиться близнецы.
Фешань встал рядом, прямо из бочки жевал хрустящие штуковины со специями, которыми угостил толпу. Дракончик глядел на зверопса, тот на него.
Хруст-хруст.
Чавк-чавк.
Глазелки.
Хруст-хруст.
Чавк-чавк.
Глазелки.
— В жизни ничего вкуснее не пробовал, — прогундосил Дракончик.
— Согласен, на славу вышло, — сказа зверопес.
— Дядь, а ты кто?
— Фешань я.
Мальчишка с трудом проглотил сухое угощение, встал в позу.
— А я Дракон!
Оба посмеялись друг другу и продолжили хрустеть, глядя на горизонт.
— О, вон они! — воскликнул Дракончик, указывая на близнецов.
— Да на них лица нет, — сказал кто-то из толпы.
— Ага, еле плетутся.
— А шуму то было
…
«Отлично, лучше и быть не могло,» — подумал Кито.
Поначалу жители, что ждали победителя и подбадривали сестер, но чем дольше наблюдали это зрелище, тем больше округу заполняла хрустящая тишина. Фешань, поставил бочку. Сел, гордо скрестив руки на могучей груди. Дракончик сделал то же самое, предварительно набив рот сухарями, как будто завтра не наступит.
Сестры еле волочили ноги. Продолжали вяло пихать друг друга. Рю упала. Рюга нашла силы невнятно ее обозвать, тут же грохнулась сама, оттого, что Рю хватанула ее за щиколотку. Обе поднялись, заковыляли дальше. На последней сотне метров Рюга решила ускориться, затем захрипела как старуха.