— Ну а лекарства какие-то принимают? — настаивала теург, решив заигрывания доктора игнорировать.
— Лекарства? — переспросил врач. И посерьёзнел. — Значит, всё же мои подозрения подтвердились?
— Какие же у вас подозрения были? — рассеянно спросил Мастерс, поглядывая в окно.
Только Каро-то видела, как оборотень прищурился едва заметно — заинтересовался.
— Да видите ли, друг мой, уже перед тем, как пансионат покинуть, госпожа Олэан стала чаще на недомогания жаловаться, на слабость и головокружения. Кушала плохо. И этой ей… э-эм… не на пользу шло. Как бы покорректнее выразиться при юной барышне…
— Юная барышня знакома со значениями слов «рвота» и «понос», — обиделась тега.
— Вомитус и диарея, — хитровато поправил доктор. — Вот первое с ней и случалось. Я настаивал на более тщательном обследовании, но на это нужно было заручиться согласием родителей. А папаша — очень не приятный фат, доложу я вам! — отказался в самой категоричной форме. Вроде как у них семейный врач имелся. Ну и вскоре дочерей он забрал. Сразу всех трёх, младшим даже доучиться не дал. Так от чего бедняжка скончалась?
— Сказали, будто сердечный приступ случился, — машинально ответила теург.
— Каро! — прошипел Рон.
— Приступ? — задумчиво протянул сморчок, пожевав губами. — Что ж, вполне возможно, вполне. Малокровие, как и другие симптомы, встречаются при сердечных аномалиях даже у столь юных особ.
— Скажите, а… — начала Курой.
Но закончить ей не дали.
— Большое спасибо! — сердечно поблагодарил доктора оборотень, разулыбавшись во все зубы. И, вздёрнув теурга едва ли не за шиворот, поволок её к двери. — Вы нам очень помогли. Просто невероятно! Будет приятно встретиться снова. С таким интересным собеседником всегда найдётся, о чём поговорить.
— Ну и что это было? — поинтересовалась Каро, когда Мастерс ей уже к воротам пансионата отбуксировал.
Предварительно не забыв в пальто упаковать и расшаркаться со всеми, кто по дороге встретился.
— Это мне у тебя спрашивать нужно, — мрачно буркнул оборотень, мигом растеряв всё своё обаяние. — Ты с чего вдруг откровенничать взялась?
— Просто хотела уточнить некоторые нюансы! — возмутилась тега.
— У Яте выяснишь. Ты что, не понимаешь?.. А!
Рон махнул рукой, мол: что с тебя взять?
— Да, прости, — Курой смущённо почесала кончик носа. — Действительно, не стоило. Не права.
Мастерс глянул удивлённо, хмыкнул, но комментировать не стал.
— Правда, у меня вопросов появилось больше, чем ответов, — не слишком элегантно ушла от темы Каро.
— Это каких же? — без особого энтузиазма поинтересовался сыщик.
— Ну, смотри. Почему феи действительно воспитывались в пансионате? У них же это не принято. Они закрыто живут и детей в семье воспитывают. Почему папаша Олэан забрал всех трёх дочерей разом? Куда девались из квартиры все сокровища, про которые директриса рассказывала?
— Тебя только это заинтересовало? — усмехнулся Рон.
— Да нет, не только это. Но ты меня с мысли сбил. Правда, я кое-что пометила… — насупилась тега.
— Значит, разберёмся, — заверил её оборотень.
Шагнул ближе, заботливо поднял воротник пальто, пуговицу застегнул, заправил под шляпку выбившийся локон. Посмотрел странно, будто сказать что-то хотел. Каро ждала — сама уже решила поговорить, расставить все точки. Ещё вчера решила. Но оборотень промолчал. Только буркнул, что сейчас кеб найдёт и отошёл.
Всё-таки иметь дело с мужчинами иногда невероятно сложно.
Приёмная «Следа» представляла собой грустное зрелище. Видимо, Алекс вызвал уборщиков, и последствия разгрома убрать уже успели. Но голая комната, без картинок на стенах, стола и кресел, будто вытащенных из прогоревшего провинциального театра, смотрелась убого. И только стойкая пальма у окна упорно тянула к потолку чахлые листья. Растение явно намеревалось пережить и сыщиков, и контору.
Грустно вздохнув и искоса глянув на Мастерса, не впечатлённого общей убогостью, Каро сняла пальто, повесила в шкаф, пригладила волосы, одёрнула пиджак. В общем, подготовилась морально к серьёзному разговору. Но ей опять даже рта раскрыть не дали!
Дверь — конечно же, конечно! — открылась. И на пороге нарисовался не к ночи помянутый господин Алоа собственной неотразимой персоной. Да ещё и с шикарным букетов тёмных орхидей в руках. Собственно, тега ничего против фата не имела и даже была рада его видеть. Но не в тот же момент, когда она собиралась начать с оборотнем Большому Разъяснению!
— Добрый вечер, господин Мастер, — мило улыбнулся красавец, видимо, настроенный вести себя паинькой. — Госпожа Курой, цветы для вас.
— Спасибо, — проблеяла теург, пытаясь улыбаться не слишком кисло. А вот взять букет ей почему-то и в голову не пришло. — Но я же просила вас…
— Вы просили не досаждать приглашениями приятно провести вечер, — фат легко поклонился, приподняв цилиндр. — Я помню и свято соблюдаю договорённости. Это всего лишь визит. Просто ехал мимо и решил зайти, справится о ваших делах.
— И совершенно случайно у тебя в карете завалялся веник? — поинтересовался Рон.
