— У тебя её никто и не просит, — Алекс посмотрел на служащего, который даже перестал прикидываться, будто пол моет. Альв едва заметно скривил губы, отворачиваясь. — При нём найдены вещи, которые подтверждают личность.
— Перстень! — кривиться с аристократической изящностью тег не умел. У него просто всю физиономию перекосило. — Такую цацку можно на любого нацепить. А ты обратил внимание на его руки? За последние две недели он как минимум двух женщин избил. На костяшках же ни одной ссадины.
— Да у него всё в ссадинах, — возразил управляющий «Следом», натягивая перчатки.
— Да не те! — огрызнулся тег, наоборот, стягивая грубые прорезиненые рукавицы и с остервенением засовывая их в саквояж. — Бракоделы! Ты его слышал? Раз выловили в реке, значит, утоп! Логика!
— Ты чего развоевался? — миролюбиво осадил его Рон. — Ну, подумаешь, логики нет. Первый раз что ли?
— Кретины! — вынес вердикт Яте всем и сразу.
И, подхватив свою сумку, помчался в ту же сторону, что и Гиккори. Каро удивилась, конечно: пришли-то они с другого конца коридора. Но останавливать эксперта не стала. Может, ему именно туда и надо?
— Так или иначе, — подвёл итоги Росс, — мы вслед за полицией обязаны считать данное тело господином Олэан. Что имеем, с тем и работаем.
— Погодите, — встряла-таки теург, клятвенно пообещавшая себе с умными советами, а также вопросами, не лезть, пока не спросят. — Но ведь инспектор сказал, что этот фат… В смысле, что тело этого фата провело в воде не меньше недели. А ведь он был в агентстве всего несколько дней назад. Ну, когда дочь свою… забирал. И как это получается?
Росс с Мастерсом глянули на тегу абсолютно одинаково — с эдакой снисходительной жалостью. Мол: до тебя только сейчас дошло?
— То есть, это не он? — всё же решилась уточнить Курой, хотя больше всего ей в данный момент хотелось под пол провалиться.
— Возможно не он, но кто-то очень хочет, чтобы мы думали, будто это господин Олэан, — спокойно пояснил альв. — Тогда в контору приходил действительно не отец нашей заказчицы.
— Я уже совсем ничего не понимаю, — призналась Каро — не хотела, само вырвалось.
Когда голова кругом идёт, и не такое ляпнешь.
— Вопрос не в том, тот это фат или нет, — протянул Алекс, вытягивая зажатую подмышкой трость. — А в том, где заказчица. И в какую именно сторону нас с такой настойчивостью подпихивают?
— Кстати, а откуда Гиккори узнал, что «След» может заинтересовать этот дохлый фат? — Рон мотнул головой в сторону зала.
— Да я ему как-то обмолвился между делом, — неохотно ответил Алекс. — Он же мне помогал с ветеранскими выплатами. Кое-какие бумаги без него достать не получалось. Вот и рассказал буквально в двух словах о деле. Ничего удивительного, что инспектор к нам обратился. Мошенников нередко находят уже в виде… трупов. А феи с криминалом редко связываются. Два и два сложить труда не составит.
— Как интересно! — Мастерс поскрёб ногтём щеку, поглядывая на начальство подозрительно, искоса.
Теург посторонилась, пропуская прогалопировавшего в обратную сторону Яте. И на его злобный взгляд, брошенный вскользь, вместе с безадресным, но оскорбительным: «Идиоты!» — никак не отреагировала. Ей интересно совсем уже не было. Наоборот, жуть накатывала. А убраться из мертвецкой вслед за грубым экспертом — подальше и побыстрее — казалось хорошей идей.
— Да не переживай ты так. Жалко, конечно, фата. Но, согласись, мужик всё-таки неприятный был, мутный какой-то, — Мастерс подцепил носком ботинка глыбку смёрзшегося в лёд грязного снега. И пинком отправил в сторону тёмных кустов за чугунной оградкой. Не удосужившись при этом даже рук из карманов вынуть. — Чего ж теперь, убиваться по нему, как по родному?
— Да я и не убиваюсь, — поморщилась Каро. — Просто развалились все мои версии, а казалось, что вот совсем чуть-чуть осталось. Но мне его жалко, конечно, — добавила тега, спохватившись. — Всё-таки живой и…
— Можешь не продолжать, твоё милосердие я оценил, — хмыкнул оборотень. — А что там с версиями?
— Уже ничего, — хлюпнула носом Курой.
Не от расстройства хлюпнула, а потому что успела в подвале мертвецкой продрогнуть до костей, да и на улице не май месяц стоял. Идея немного «проветрить голову» уже не казалась такой заманчивой. Хотя сама же её и выдвинула.
— Нет, детка, так не пойдёт, — Мастерс широко шагнул вперёд, перегораживая теургу дорогу. Сдёрнул с собственной шеи широкий шарф, замотал тегу едва не до носа. Заботливо заправил концы под пальто, подняв воротник. Теург почему-то даже попытки воспротивиться не сделала. — Может, у тебя там что-то с чем-то и не сошлось. Ты давай, излагай. Вдруг до чего умного додумаешься. А я тебе реплики подавать буду.
— Какие реплики? — не поняла Курой, стягивая петлю кашне под подбородок.
Шарф оказался мягким, совсем не колким. От шерсти остро, но вовсе непротивно пахло табаком и лимонной водой. И ещё чем-то неопределимым, но очень роновским.
— Умные, — пояснил детектив. — Пошли, чего встала? И давай, давай, рассказывай, а я слушать буду.
