После сиесты все мы получили тогументы, согласно которым зачислили нас в граждане протектората. Потом закончили оформление земельки. Потом я открыл фирму 'Заплати и лети', как обладатель аэроплана и сделался налогоплательщиком. О чем население протектората не без торжественности осведомили в вечерних новостях местные журналюги. Они у меня даже интервью взяли. На камеру. Я нагло улыбался и вежливо молчал. В нужных местах согласно кивая головой. А отдувалась Катерина Матвеевна. Уж она развернулась. Уж она была детальна и подробна в ответах. Неважно, о чем там спрашивают... Она знай себе, отвечает. Уж она такой рекламный боевой вылет исполнила, мама не горюй. Я просто гордился. Когда выпуск вечерних новостей смотрел. Так и не смогли редакторы Катину саморекламу из интервью вырезать. Вследствие чего и воспоследовал телефонный звонок, обеспечивший меня взрывоопасным попутным грузом ВОГов в адрес Алабама-сити. Невелик профит, но расходы на перелет перекрывает. Все не даром моторесурс расходовать.
На другой день, с утречка пораньше Катя с бабкой Наташей на участок уехали. А мы с доном Яго произвели обслуживание воздушного судна и немного полетали. Часика четыре. В основном я с него хотел получить устойчивые навыки управления ВС в крейсерском полете. Основы навигации IFR - полеты по приборам, радионавигации, использования автопилота и все такое. И своего добился. В общем и целом. А то и в туалет не соскочить, буде жизнь прижмет. Прав был товарищ Чкалов. Разбаловал нас научно-технический прогресс.
Потом расчет и заход на посадку с ним прорепетировали. Вот тут у него проявилась склонность к планированию по глиссаде на малом газу, преждевременному выравниванию и дотягиванию в горизонтали. С потерей скорости и последующим срывом обтекающего нас воздушного потока в результате. В полусотне метров от земли. Хорошо, успел я вовремя газку прибавить. Скорость то мы имели уже посадочную. Добро пожаловать в турбопропеллерную авиацию, сынок! Заблаговременно надо газЫ добавлять, а то за те десять секунд пока движок раскрутится, наберёт обороты и примется тянуть, и упасть можно успеть. Дурные привычки с поршневого двигателя. А ведь говорил я ему про этот элемент посадки. Вслух. Ничто. Научится еще. Главное, что не упали. Сели. И разъяснил я ему всю глубину его заблуждений по поводу приемистости турбопропов. Ни разу не матерился, а он зарделся, как запрещающий сигнал светофора! Перец, эдакий, самолюбивый.
И пошли мы пива попить. А вскоре и бабка Наташа привезла Катю с Морсом. Оказывается, за утро успели они отыскать водяную жилу, воткнуть кол, где колодец бурить станут, воткнуть кол, где пробурят яму под септик, а также и все остальные колья и прочие маркеры необходимые для производства строительных работ. И после обеда, читай - сиесты, Наталья Федотовна намерена загнать технику на объект и приступить к нулевому циклу. Копать где не надо и не копать где надо. Потом закопать все нужное и откопать все ненужное. Иншалла!
И к вечеру на нашем участке уже будет колодец, септик и яма для погреба типа "подвал обширный". А над септической ямой вознесётся сортир на одно лицо. И не какой ни будь там дощатик щелястый, а типовой пластиковый местного производства, повышенной комфортности с нормальным унитазером и вентиляцией. Приятного для глаз, веселого зеленого цвета. Дабы гармонировать с будущим газоном. Катя щебетала и показывала красивые архитектурные перспективы и найденные неожиданные но смелые решения. Бабуля доброжелательно улыбалась и нахваливала архитекторшу мою, как самую талантливую из всех заказчиков и заказчиц, за её архитектурный талант. За это я и предложил немедленно выпить. И выпил. И меня поддержали. И Катя радовалась и смеялась. И было нам хорошо.
А после обеда съездил на участок и посмотрел, как прокопченные солнцем и дизельным выхлопом мужики бульдозерируют неровности и экскаватируют грунты в разные стороны. Пожал плечами и, дабы не путаться под ногами у занятых делом людей, умотал обратно на аэродром. Где мы снова полетали с Гриней пару часиков. На этот раз без предпосылок к летному происшествию.
Вечером уселись мы втроем, с Морсом и Гриней, в полюбившейся кафешке дожидаться Катю и прорабатывать маршрут на предмет составления полетного плана:
