- Катя, сердце мое! Это называется идиома! Сидят в тюрьме! Лежат в могиле! Ты бы, что выбрала? Ну а сидя или лежа, на мой взгляд - всяко уместно и всяко хорошо с тобой. И одно другому не мешает, если чередовать.
Отвлек нас от дел приятных мобильник мой, заумиравший.
- Леонид Сергеевич? Слушаю вас внимательно!
- Здравствуйте еще раз, Виталий Николаевич. Я созвонился кое с кем. Вам следует прибыть в город Салоники. Балканский грузовой терминал там расположен. В Салониках, на улице Аристотеля вы отыщете отделение юридической компании Гольдман. Мне сказали - это несложно. Там вам следует обратиться к госпоже Инессе Мюллер. Покажите ей мою визитку. Я переговорил с ней, она все организует. И удачи вам!
- Прощайте Леонид Сергеевич! И спасибо.
Я щелкнул крышкой телефона и Катю спросил -
- Катя, ты знаешь улицу Аристотеля в Салониках, дом 26?
- Разумеется, это в деловом центре, недалеко от Черноморского банка. Найти будет нетрудно.
- Вот! А ты говоришь, бред! Мне вот транснациональная корпорация кровавых-убийц-адвокатов большим бредом представляется!
- И все равно, сомнительным мне все это кажется.
- Но, ты едешь со мной?
- Куда угодно, дорогой!
- Вот мы и проверим, насколько сомнительно все это. Если надуть попробуют - отобьемся. Ты посмотри только, какие мы с тобой до зубов вооруженные! Нам только кулемета и не хватает!
- Виталос, ты на каком-то неправильном русском языке говоришь! Что есть это такое - кулемет?
- Машиненган! Такое слово знаешь? Вот оно и есть. В русском литературном звучит - пулемет. Но неправильные пчелы собирают неправильный мед, а неправильные пилоты уезжают в неправильные земли и увозят с собой неправильных красавиц-миллионерш. И от всех этих неправильностей они нервно шутят, и иногда неправильно говорят. Например - кулемет! От понятия - метать кули. Кстати, о кулях. Пора нам думать об упаковке баулов и прочих материальных ценностей. Завтра узнаем у госпожи Мюллер подробности, а ты списочек готовь и все, что сердцу дорого и в жизни полезно в него включай. Твои закрома тебе лучше известны. А ружья продай, если с собой не возьмешь. Не акулам банковским же их оставлять. Я так думаю кубометров двести, минус объем "Каравана". Примерно так. Обнесем что сможем, раз уж ты воровка у меня. Воровать, так по военному. Дотла.
У меня одно сомнение только, перед отъездом хмыря навестить, или прямо сейчас? Решил, что прямо сейчас понадежнее будет. А то вдруг он еще чего отмочит и замочит еще сдуру. Или скроется куда.
- А теперь поедем-ка, любимая, навестим нашего друга. Где он там живет. Смеркается уже. Самое время визит нанести.
Оделись мы в темное, нашли в книге телефонной нужного господина, адресок выяснили. Взяли из оружия только короткоствол, и поехали перекрестившись. Почти час добирались. Домик у сутяги оказался на несколько квартир однако, с отдельным входом для каждого квартиросъемщика. У входа кусты какие-то густо понасажены. Это хорошо. Это нам удобно. Окна в квартирке у клиента темные. Света нет. А ведь времечко позднее уже. Неужто сбежал с перепугу шалунишка, когда акция его успехом не увенчалась? А ведь мог. Но мы подождем, там видно будет, а заодно успокоимся. Ведь трясет обоих не по-детски. Хреновый из меня "чистильщик-мокродел". Никудышный вовсе. Как бы мне не облажаться по неопытности.
Засели в кустиках, прижались друг к дружке. Решили до упора ждать. Упор к нам явился с рассветом. Похоже клиент и в самом деле куда-то сдриснул с перепугу. С работы шакал сразу уволился, после погашения Катиных долгов. Она ему сама увольнение там же в банке и подписала. И расчет дала. Ну и Бог с ним... пока. У нас и без него дел еще навалом. Вышли мы "огородами" к таверне на перпендикулярной улице за два аж квартала, где тачку парковали, и домой поехали. Надо же хоть часа четыре поспать.
