– Ну да… – уже несколько неуверенно пробормотала женщина с гражданским долгом. – Но… если вы себя неважно чувствуете…
– Нет-нет! Я себя чувствую на все сто! Это у меня… знаете, вчера отмечали юбилей – подруге стукнуло семьдесят три, – ну и, сами понимаете, теперь у меня вот здесь амнезия, здесь потеря памяти, а здесь…
– Потеря совести, да?
– Нет! К маме поедем прямо сейчас! Я заплачу. Кстати, а что ей можно из еды?
Женщина пожала плечами:
– Да все. Я же вам говорю – она у вас совершенно здорова!
– А сегодня ее забрать домой нельзя?
– Кхм, эк вас забрало… Нет, сегодня нельзя. Это положить человека в клинику легко, а выписать… Кто же вам ее сейчас выпишет? Сейчас уже и врачей никаких нет. А вам надо поговорить сначала с врачом. Ну так вы завтра прямо к врачу поедете или сегодня маму навестите?
– Сегодня! Прямо сейчас! Только подождите, я передачку соберу.
Собралась Зинаида за считаные минуты. И такси, которое она вызвала, не заставило себя ждать. Совсем скоро женщины уже тряслись по темной окраине города, где и расположился психдиспансер. Состояние природы вокруг было гнетущим – темные деревья, редкие тусклые фонари, большое здание черной стеной выделялось на фоне темно-лилового неба.
– Подождите меня здесь, – попросила Зинаида водителя, когда они еще не доехали до здания. – Вон под тем тополем, хорошо?
– Да ну на фиг! Чего хорошего-то? Зачем это я здесь под тополем торчать буду? Все заказы из-за вас тут простою, – занервничал тот.
– Но как же я обратно доберусь? – возмутилась Корытская. – Пешком, что ли, по такой темени переться?
– А вы разве тут не останетесь? – удивился наглец. – Я думал, вы уже добрались…
– Я заплачу. Очень хорошо заплачу! Сколько скажете.
Предложение возымело положительный результат. Водитель тяжко вздохнул, вздернул брови шалашиком и обреченно уставился в окно.
Женщина, которую звали, как выяснилось, Верой Аркадьевной, выскользнула из машины и исчезла в тени деревьев.
– Идите сюда, – послышался ее шепот откуда-то из-за ограды. – Здесь дыра, пролезайте.
Обдирая новые колготки и ломая стильные каблуки, Зинаида полезла в дыру.
– Не могли сначала позвонить, что ли? Я бы надела кроссовки и спортивный костюм…
– Мне Глафира Ферапонтовна сказала, чтобы я не звонила, а заявилась к вам обязательно на работу, – пояснила Вера Аркадьевна. – Да тут недалеко осталось.
– Ладно, пошли. А кроссовок у меня все равно нет, я ж вам не какая-то Марадона… – ворчала Зинаида, скорее для того, чтобы унять неприятное подсасывание в животе и тревожное нытье под коленкой, произошедшие явно от нервного напряжения.
Женщины пробрались к самому зданию.
– Стойте возле этой двери. И чтобы тихо! – шепнула Вера Аркадьевна и побежала к главному входу. – Семеныч! Открывай! Ну чего ты там? С замками справиться не можешь?
– А, уже пообедала? – услышала Зинаида грубый мужской голос. – Все, теперь до утра заступай… А че говорила, что пирогов принесешь?
Зинаида прижималась к холодной стене, и зубы ее выстукивали какую-то классику – то ли турецкое рондо, то ли краковяк. И не столько ей было холодно, сколько страшно. А ну как сейчас выскочит басистый дядька и запрет ее в этих самых стенах? Иди потом, доказывай кому, что у тебя с психикой никаких проблем не было. А Настя даже и не узнает, где… Тьфу ты! Надо думать о чем-нибудь веселом. Например, о том, как она сейчас встретит несчастную, замученную уколами Глафиру Ферапонтовну. Да уж, вот где веселье-то!
Прошло немало времени, прежде чем дверца, возле которой стояла Зинаида, отворилась и знакомый шепот позвал:
– Идите сюда. Только тихонько…
Зинаида прошла за Верой Аркадьевной по узенькому коридорчику и очутилась в маленькой комнатушке.
– Вот, говорите здесь. Только вполголоса, а то сейчас спят все, каждое слово за версту слышно, – предупредила женщина и вышла.
В комнатке, на груде каких-то больших белых узлов сидела Глафира Ферапонтовна в неприглядном одеянии и разглядывала Зинаиду.
– Спасибо, что пришла, – проговорила она. – Я ведь тебя, Зинаида, не просто так вызвала, да еще и дочкой своей назвала. Что-то неладное творится в нашем дворе. Страшное что-то. Сама бы разнюхала, да вот видишь, как меня упрятали…
– А кто это вас сюда? – осторожно спросила Корытская.
– Да нешто я знаю? Оно ить как было? Я себе спокойно работала, то ись сидела на тополе и сымала на пленку Нинку Царькову. Ну, девка у нас молодая такая на четвертом этажу проживает. Вышла давеча замуж, а муж ейный мне сразу заказ подкинул, дескать, пригляди за моей, ежели кто к ей шастать зачнет, ты мне сразу звякни, а я тебе за это машинку швейную подарю. А мне машинка-то лишняя, что ли? Конечно, я взгромоздилась на тополь и добросовестно вела наблюдение. И вот в тот самый момент, когда Нинка-то к двери рванула, слышу – меня ктой-то под зад пихает. Я его ножкой-то тынц-тынц, чтоб отстал, значит. А сама чую – он меня за нее ухватил и вниз тянет. Обернулась, а там машина медицинская стоит, и два мужика в белом. Тоже мне, ангелы, мать их! Ну и все, забрали, не стали даже спрашивать, по какой причине я забралась на дерево.
