Он стоял, пристально глядя на огромную сигару, упиравшуюся в нависшие над землей облака, подобно секвойе. При этом он испытывал благоговение и почтение. Мечта посетить далекие звезды была непреодолима, как инстинкт у леммингов в Арктике при миграции. Героями детства у него были конкистадоры, пилигримы, отважные парни 49-го, буры, совершавшие длительные рейды в Трансваале. Нынешними героями — те, кто продолжал открывать новые миры в просторах космоса.
До него долетел голос:
— Эй, парень, отойди.
Он перевел взгляд на охранника.
— Что?
— Я сказал — отойди! Ты закрываешь вход.
— Я никому не мешаю.
— Давай, давай, — проворчал он. — Если каждый будет тут болтаться без дела, пассажиры не смогут занять свои места.
Он пристально посмотрел на охранника. Тот стоял у ворот, утверждая свои права на этот единственный островок, где его авторитет был непререкаем.
— Понимаете, я хочу найти одного человека на борту «Титова». Это здесь, не так ли?
— Да, это здесь, — устало сказал охранник. — Член экипажа или пассажир?
— Я… точно не знаю.
Охранник ухмыльнулся.
— Ты похож на зеваку, который хочет любой ценой побывать на космическом корабле для того, чтобы прославиться среди других — таких же зевак.
И охранник одарил его немигающим взглядом.
В этом взгляде чувствовался тренированный убийца. От него веяло прохладной пустотой, сознанием силы, способной отобрать жизнь или повременить, в зависимости от сиюминутного желания. Прохладная пустота.
На вид охраннику было лет двадцать пять. Среднего сложения, крепкий, с правильными чертами лица. Голос у него был тихий, а одежда отнюдь не идеальна. Но первое, что бросалось в глаза — это холод его черных глаз.
Охранник недовольно пожал плечами и нехотя буркнул:
— Может, ты хочешь проехать без билета. Откуда мне знать?
— Вам и не нужно этого знать. Я просил лишь помочь мне найти одного человека на борту «Титова».
Кивком головы охранник показал куда-то вниз.
— Там, в вестибюле этого здания есть комната «Титова». Спроси там. А теперь не мешай.
Он нашел две комнаты управления полетом «Титова». Здесь царила полная неразбериха, связанная с последними приготовлениями рассеянных пассажиров.
Он чертыхнулся. Кто он, собственно, такой, чтобы иметь к ним претензии? Они воплощали свою мечту в жизнь. Им предстояло большое путешествие в глубины космоса. Судя по размерам, корабль был рассчитан на большое количество пассажиров и многочисленный экипаж — на сотни людей. Одного из них звали Пешкопи. Это была фамилия, имени он не знал.
Профессионально вежливый голос сказал:
— Сын мой, могу ли я чем-нибудь тебе помочь? Ты один из пассажиров?
Его глаза пробежали по коричневой мантии, пухлому, розовому и гладко выбритому лицу, короткому округлому телу собеседника. Короче говоря, монах Объединенного Храма, а может быть раввин или что-то еще в этом роде. Он не принадлежал к какой-либо конфессии. Длительное время в его семье процветала только ненависть.
Он сказал:
— Я ищу одного человека, он должен быть на борту.
Старик усмехнулся.
— Боюсь, что тогда я не смогу тебе помочь. Я сам только что приехал. Тебе лучше обратиться к одному из офицеров корабля, стоящих вон там.
— Благодарю Вас, патер, — сказал он. — Они, кажется, очень заняты. Лучше я приду попозже.
Монах снова усмехнулся и похлопал по своему круглому животику.
— Думаю, что позже они будут заняты еще больше. Старт назначен на завтра, на семь часов утра.
— Да, спасибо, патер.
Он отошел. Ему не нравилась идея просто подойти к офицеру и расспросить о том, кого он ищет. Могли быть опасные последствия.
Он подошел к двум членам экипажа в униформе. Один из них, с румяным лицом и тремя полосами на рукаве, проворчал:
— Я иду выпить дурацкий кофе. Уже несколько часов подряд я слушал самую проклятую чушь, которая может свалиться на голову человеку. Эта последняя дура желала знать, водятся ли на Новой Аризоне змеи. Надо же! Они что, думают, что там Сады Эдема?
Его приятель, на рукаве которого была лишь одна полоса, сказал:
— Шкипер сказал, никаких вольностей, Джефф. Скоро старт…
— Я прекрасно знаю, когда мы стартуем, — рявкнул тот. — И я не нуждаюсь в твоих советах, парень. Я ничего не говорил о вольностях. Я сказал, что хочу кофе!
Он повернулся и пошел прочь, быстро перебирая короткими ногами.
Молодой офицер открыл рот от изумления. Хотел было позвать, но потом передумал.
Он подошел сзади и посмотрел вслед первому офицеру.
— Это был Джефф?..
Его вопрос повис в воздухе.
Офицер, продолжая хмуриться, посмотрел на него.
— Это был Джефферсон Фергюсон, — сказал он. — Первый инженер.
— О да, — пробормотал он в ответ. — Мне кто-то уже говорил об этом.
Он отошел с рассеянным видом. Младший офицер пожал плечами и вернулся к своим обязанностям.
Когда младший офицер оставил его в покое, он мысленно последовал за Джеффом Фергюсоном. Очевидно он имел в виду более основательный напиток, чем кофе. Он прошел в маленький автобар, в четверти мили от административного корпуса космодрома.
