– Если я должна умереть… – всхлипывая пробормотала Таня, – То дайте мне хотя бы минуту, чтобы проститься с моей сестрой.
– Хорошо, – сурово сказал Витька,– У тебя всего одна минута…
Он остался в левом углу сцены и достал из ножен свою саблю. Таня быстро перебежала в правый угол, и ей навстречу вышла Вика Зайцева, которая играла её сестру Анну.
– О, Анна, сестра моя Анна! – воскликнула Таня, – Мой муж хочет убить меня. Поднимись на башню и посмотри, не едет ли наш брат – он обещал навестить меня сегодня…
Пока Витька в своём углу сердито хмурился и размахивал саблей, Вика проворно взобралась на импровизированную башню по деревянной лесенке, и зрители увидели её со спины, как она наклонясь вперёд вглядывается вдаль…
Пионервожатая Ира, наблюдая из-за кулис за залом, была вне себя от счастья – зрители были полностью поглощены разворачивавшейся на их глазах трагедией.
Несколько раз Витька гневно звал свою жену, а та, вся в слезах, снова и снова просила Вику посмотреть, не едет ли их брат. Наконец, голос Витьки прозвучал совсем уж ужасно. Таня метнулась к нему назад и упала на колени.
– О, пощади меня, мой господин… – захлёбываясь в слезах бормотала она.
– Нет, ты должна умереть… – Витька решительно поднял тяжёлую острозаточенную саблю.
– Пощади… – едва слышно пропищала Таня.
– Нет, вручи свою душу Богу! – сказал Витька и схватил Таню за волосы.
В следующий момент пионервожатая Ира увидела слёзы в глазах Тани, и как лицо девочки исказила гримаса боли – Витька почти приподнял её за волосы. Однако прежде, чем кто-то успел среагировать, тяжёлая сабля блестнула в воздухе и ударила Таню по шее сбоку… Девочка вскрикнула, и тут же из шеи хлынула кровь, а тело обмякло и бессильно повисло… Витька снова поднял саблю и снова ударил. На этот раз голова отделилась от туловища и осталась в руке у Витьки, в то время как безжизненное тело Тани безвольно повалилось на пол… В зале кто-то пронзительно вскрикнул, и наступила тишина. Витька, с окровавленной саблей в руке, поднял голову Тани повыше и повернул её лицом к залу. Он, видимо, собрался что-то сказать, но тут на сцене перед ним появились спустившаяся с башни сестра Анна – Вика и ворвавшийся через дверь рыцарь в доспехах и со шпагой – Димка, который по сценарию был братом Юлии и Анны.
Увидев у Витьки в руке голову Тани, Вика попятилась назад, прижалась спиной к стене и в ужасе села на пол. Димка сначала растерялся, а потом выставил шпагу перед собой и неуверенно сделал несколько шагов вперёд. Витька выставил против Димки голову Тани, словно это была голова Медузы-Горгоны, и решительно направился ему навстречу.
– Что? Честь сестры тебе дороже жизни?.. – успел сказать Витька.
В следующее же мгновенье он споткнулся о лежавшее на сцене обезглавленное тело Тани и упал вперёд…
Перепуганный Димка зажмурившись ударил его шпагой в грудь. Вернее, Димка просто не убрал шпагу, и Витька падая наткнулся на неё грудью.
Клинок вошёл не очень глубоко – Димка тут же выпустил шпагу из рук, а Витька выронил саблю, ноги его подогнулись, и, не выпуская из руки отрубленную голову, он повалился на пол…
…Когда приехала «скорая» и милиция, Витька был ещё жив. Он тяжело дышал и хрипел – видимо, кровь заполняла лёгкие. Взволнованный молодой фельдшер, вытащив шпагу и разрезав на груди мальчика рубашку, безуспешно пытался остановить кровотечение. Бледный Димка сидел чуть в стороне на полу и плакал закрыв лицо руками. Вика рыдала в другом углу возле занавеса. Обезглавленное тело Тани по-прежнему лежало на сцене. Учителя выгоняли зрителей из актового зала…
– Зачем ты это сделал? – спросила заплаканная пионервожатая Ира склонившись над распластанным на сцене Витькой.
– Это не я… – едва слышно пробормотал тот, – Это Петька Лужин… Это всё он… И Милу Гречину – тоже он… Я не хотел…
Присевший рядом на корточки милиционер повернулся к Ире:
– Вы знаете, кто это – этот Петька Лужин? – спросил он, – Про кого он говорит?
Ира всхлипнула и кивнула.
– Учился в нашей школе, – сказала она, – Дружили они… Хулиган был этот Петька… Они год назад на трамвае катались, сзади, на сцепке… На повороте Лужин не удержался, и упал – прямо под грузовик… Ему колесом голову раздавило… А Витя видел всё это… Шок у него был… Мы думали, оправился он… Полгода в больнице лежал… Сколько уж времени прошло… Потом он в драмкружок сам записался…
Милиционер снова повернулся к Витьке.
– А где сейчас этот Петька? – спросил он.
Но Витька молчал – он был мёртв.
В декабре 1993 года, когда миллионы бывших советских людей с трудом выкарабкивались из-под обломков великой советской империи, на одном из оптовых рынков произошла случайная встреча одноклассников.
– Привет! – радостно воскликнул Макс, – Затариваешься?
– А как же, Новый год ведь на носу, – Олег убрал в карман куртки похожие на игрушечные деньги, которые он как раз пересчитывал: голубые сторублёвки, розовые двухсотки и две зелёные по пятьсот, – Ты-то тут какими судьбами?
