Пионеры — герои полностью

— Вот, мама, закончу в эту зиму четвёртый класс и стану учиться дальше. — Он быстро взглянул на мать.

Арина Осиповна подошла к сыну и, ласково потрепав вихорок, сказала:

— Совсем большой стал. Двенадцать годочков исполнилось… — И, помолчав, спросила: — На кого же, сынок, хочешь учиться!

— На учителя!.. Нет, лучше буду землемером. Вот выучусь, стану землю измерять, карты чертить, чтобы знали колхозники, где пашня, где сенокос…

— Хорошее дело, сынок. Колхозу грамотные люди нужны. Как ещё нужны-то!

Послышался стук отворяемой двери.

На пороге стоял Петька Вахрушев.

— Тётя Арина! Пустите Кольшу, он поможет мне уроки сделать.

Я один никак не управлюсь…

— Поздоровайся сперва! Ученик… — сухо сказала Арина Осиповна.

Она не любила Петьку. Чем-то он походил на своего брата. Глаза узенькие, хитрые. Смотрят всегда исподлобья.

Коля вопросительно взглянул на мать.

— Сходи, сынок, только не задерживайся. Да оденься потеплее, сегодня и простудиться не долго.

— Я быстро…

Не успели выйти со двора, как Петька предложил:

— Пойдём, Кольша, за подсолнухами.

— Ты ж уроки собирался делать.

— Это я нарочно сказал, чтоб тебя мать отпустила…

Коля нерешительно остановился.

— Пойдём! Недалеко ведь. Мне поговорить с тобой надо. В пионеры хочу. Как посоветуешь?..

Переулком мальчики вышли за околицу, на болото Ворга. Это «гнилое место» тянется от села до самого бора у Кривых озёр. Сразу за Воргой — березняк. Возле него подсолнечное поле. Вблизи глухо шумел лес, на макушках оголённых берёз сиротливо чернели покинутые вороньи гнёзда. Пустынно и неуютно вокруг.

Выискивая крупные шляпки, Петька ломал мелкий подсолнух, бросая его на землю. Он явился с полной охапкой шляпок, густо усаженных глянцевыми головками семечек.

— Зачем же столько? — упрекнул Коля.

— А тебя завидки берут?

— Ведь подсолнух-то колхозный!

Петька промолчал.

Не глядя, Коля быстро зашагал к лесу.

— Не сердись, — заговорил Петька, стараясь забежать вперёд, — подсолнух всё равно пропащий. Птица выклюет, а то под снег упадёт.

От леса дорога круто свернула на поскотину. Застегнув на все пуговицы куртку, Коля ускорил шаг. Петька едва успевал за ним.

Вдруг Петька остановился.

— Брательник! — шепнул он.

Только сейчас Коля заметил, что навстречу им болотцем шёл Иван Вахрушев. Не шёл, а бежал боком, подставляя ссутулившуюся спину холодному ветру. За плечом его тускло блестело дуло берданки.

Петька приотстал, сошёл с тропки и быстро стал забирать влево.

«Да они, никак, сговорились…»

Вахрушев приближался. Шагах в пяти от Коли он остановился, сорвал с плеча берданку, крикнул Петьке:

— Марш домой, да не оглядывайся!

Иван рывком вскинул берданку и, не целясь, выстрелил в Колю.

Острая боль пронзила правую ногу, Коля потерял сознание. Озираясь, Вахрушев побежал в сторону Колесникова.

От пыжа у Коли начала тлеть пола ватной куртки, красный язычок зазмеился по подолу рубахи, прижёг тело.

Коля пришёл в себя.

С предвечернего неба тополиным пухом сыпался снег.

Ветер злобно крутил хлопья, густо устилая Воргу.

Из снежного вихря прямо на Колю выплыла угловатая фигура Фотея Сычёва.

— Жив ещё… Эх, мазила Иван!

У самых глаз своих Коля увидел чёрное дуло ружья.

— Дядя Фотей!.. За что?

— Сам знаешь, ахтивист пионерский!..

Больше четырёх десятилетий минуло с того хмурого осеннего дня, когда за сельской околицей прозвучал выстрел, оборвавший короткую жизнь Коли Мяготина.

Ныне в Колесникове — колхоз имени Коли Мяготина.

В центре села, на площади, возвышается мемориальный комплекс.

Слева на пьедестале трёхметровая фигура пионера. Гордо вскинута голова, смелый взгляд, левая рука прижата к груди, как бы охраняет пионерский галстук, правая сжата в кулак…

За фигурой пионера — стелла. На ней текст: «Здесь захоронен пионер-герой Коля Мяготин, убитый кулаками 25 октября 1932 года».

Каждое лето из Кургана, районов области приходят сюда пионеры.

Юные ленинцы приезжают в Колесникове из Москвы, многих городов Урала и Сибири. Они кладут к подножию памятника живые цветы и клянутся быть верными своей Великой Родине.

Имя пионера-героя Коли Мяготина занесено в Книгу почёта Всесоюзной пионерской организации им. В. И. Ленина.

Небо голубое и прозрачное, как июльская вода озера Сон-Куля.

Ни одного облачка. Уже рассвело.

Аил[2] зашевелился, просыпаясь ото сна.

Проснулся и Кычан. Умывшись и по примеру старшего брата окатившись водой до пояса, он сел за уроки. Это у него уже стало привычкой. Он давно заметил, что утром всё запоминается быстро и твёрдо.

На улице кто-то кричал:

— Радостная весть! Радостная весть!

Кычан узнал голос мираба[3] Актана.

Услышав глашатая, он выскочил на улицу.

Народ бежал к конторе колхоза. А председатель колхоза Изакул в это время стоял на крыше дома и всматривался вдаль. Вдруг он быстро соскочил с крыши:

— Кычан, иди со мной. Есть дело!

Кычан вошёл вслед за Изакулом в контору. Оттуда он вышел, неся на длинном древке красный флаг. Актан помог ему взобраться позади себя на коня и галопом пустился вслед за народом, бежавшим теперь к реке.