Попрощавшись с Вандаусом, Гектор построил пространственный лифт в квартиру Кэт, и, как только они оказались в прихожей, девушка широко и с наслаждением зевнула, прикрыв рот ладонью.
– Завтра можешь опоздать на работу, я разрешаю, – сказал Дайд, глядя на Кэт с улыбкой. – Поспи подольше.
Она опустила руку и смущенно посмотрела на Гектора.
– Да я просто…
– Ты просто устала. Вторую неделю без выходных, ничего удивительного. Так что отдохни и приходи не раньше полудня.
Кэт нахмурилась.
– Вы, между прочим, сами уже сколько месяцев без выходных! И завтра наверняка не будете отсыпаться.
– Наверняка, – засмеялся Гектор. – Что ж, спокойной ночи, Кэти, я пойду.
Он собирался начать строить лифт к себе домой, когда девушка вдруг воскликнула:
– Подождите!
– Что такое? – Дознаватель поднял брови, изучая резко покрасневшее лицо своего секретаря. – Кэти?
Она нервно вздохнула, помолчала пару секунд, заливаясь краской сильнее, а потом опустила голову и произнесла очень тихо:
– Я просто хотела сказать вам… спасибо. Знаете, я… чувствую себя ужасно рядом с мужчинами. Мне все время кажется, что я жалкая и некрасивая, что я не могу никому понравиться. И только с вами все иначе, я ощущаю себя… – Кэт запнулась и продолжила еще тише: – Привлекательной. Я понимаю: то, что было сегодня и вчера, – притворство, спектакль, но…
– Так. – Гектор решительно шагнул вперед и коснулся подбородка девушки ладонью, заставляя поднять голову. – Во-первых, Кэти, детка, ты действительно привлекательна. Единственное, чего тебе не хватает, – это уверенности. А во-вторых, все, что происходило сегодня и вчера, не такое уж и притворство. Да, я рассчитывал на зрителей, но я не был неискренен с тобой. Я пригласил тебя в театр, потому что желал провести время с девушкой, которая мне нравится. Чтобы этот поход был не только работой, но и удовольствием.
Кэт не знала, куда деть глаза, особенно когда Гектор произнес слово «нравится», и ему было немного смешно из-за этого. А еще – жаль ее. Жаль, потому что этот комплекс наверняка родом из какой-то неприятной ситуации в прошлом, и мужчины вроде Роджера лишь подбрасывают дров в огонь вместо того, чтобы тушить его.
– Правда? – шепнула она тихо-тихо, как мышка.
– Конечно, правда, – ответил Дайд твердо и замер от удивления, потому что Кэти, приподнявшись на цыпочках, попыталась поцеловать его в щеку – но Гектор оказался для девушки все же слишком высоким, и вместо щеки поцелуй пришелся на губы. Краткий и почти невесомый, но Кэт хватило и этого, чтобы перепугаться и с негромким «ой» попытаться отпрыгнуть в сторону.
Гектор не дал ей этого сделать, опустив одну ладонь на талию, а второй вновь касаясь подбородка.
– Кэти, – сказал Дайд с улыбкой, погладив большим пальцем нежную кожу, – не следует так поступать, если ты не хочешь, чтобы мужчина остался на ночь. Это провокация. – Испуг в глазах усилился, и Гектор поспешил продолжить, стараясь говорить со спокойной ласковостью: – Ничего страшного, просто потом будет неловко объяснять, что тебя неправильно поняли. Будь осторожнее.
– Я… постараюсь, – выдавила из себя Кэт. – Вы… извините…
– Тебе не за что извиняться. – Он покачал головой, отошел и уже поднял руку, чтобы начать строить лифт, когда девушка, зажмурившись, словно перед прыжком в воду, выпалила:
– А все-таки Элен вам понравилась больше! Больше, чем я.
Гектор, застыв поначалу на мгновение, не выдержал и фыркнул, а потом и вовсе рассмеялся. Кэт, услышав это, осторожно открыла глаза.
– Элен мне вообще не понравилась, – признался Дайд, и после этого она открыла еще и рот.
– Да?..
– Да.
– А… почему?
– Давай поговорим об этом завтра, хорошо? Я сам очень устал и хочу спать. Ладно?
Кэт кивнула, и Гектор, еще раз пожелав ей доброй ночи, перенесся в собственную прихожую.
Браслет связи завибрировал через полчаса – Дайд как раз только вышел из душа. Покосился на экран и расплылся в довольной улыбке – с ним пытался связаться Вольф Ассиус, муж принцессы Анны, глава Комитета культуры, науки и образования и, кроме того, один из главных подозреваемых в деле о второй волне заговора.
– Я слушаю.
Проекция Вольфа выглядела обеспокоенной, широкие брови озабоченно хмурились.
– Доброй ночи, Гектор. Надеюсь, я тебя не разбудил?
– Нет, – хмыкнул дознаватель, опускаясь в одно из кресел в гостиной. – Да даже если бы и разбудил – невелика беда. Чем могу помочь?
– Мне принесли на утверждение статьи и заметки в утренние газеты. Ты же знаешь: все, что касается императорской семьи и глав комитетов, мне обязательно показывают. И я бы запретил печать, но… учитывая специфику твоей работы… Я подумал – может, это провокация и тебе нужно, чтобы это напечатали?
– А ты полагаешь, провокация? – Гектор потянулся за портсигаром, лежавшим на столике, и вытащил оттуда толстую сигару.
– От тебя всего можно ожидать. – Ассиус криво усмехнулся. – И я склоняюсь к мысли, что да.
– Это еще почему? – поинтересовался Дайд, прикуривая.
Выпустил в воздух струю серого дыма и довольно облизнул губы – хороший табак, качественный. Еще бы молока налить, но сейчас не до этого.
