Потом хочется домой до тоски. Поэтому, только Россия, Украина и Беларусь – там, где становился и стал человеком. Украина – это моя жена и мой институт – отдельный самогоно-истребительный батальон. Беларусь – моя Родина. Россия – здесь я стал тем, кто есть. Кстати, в Украине я зачислен навечно в список украинских комсомольцев, и ком- сомольский билет передан мне был на пожизненное хранение.
– Любовь к женщине. Поступки, связанные с любовью. Некоторую леность ума и некоторую несобранность.
– Минералка и водка. Яичница с салом и луком, и где пара помидо- ров. Люблю грибы в любом виде. Грибной суп. Украинский борщ.
– Из мужских – Пётр, Евгений и Владимир. Женские – Ольга, На- таша и Ирина.
– Лицемерие, двойное дно. Хорошо, что это свойственно не боль- шинству людей.
– Гитлер, Франко антипатичны. Если брать вглубь времён, не знаю
почему, - кардинал Ришелье. Симпатичен генерал де Голль, с достоин- ством был мужик. Вызывает уважение Маргарет Тэтчер. Женщина умная, рассудочная. Дэн Cяо Пин заслуживает более пристального внимания. Был в Китае, там местный таксист сказал, что если мне сбрить усы – буду точная копия Будды. Симпатизирую Фердинанду Порше, как инженерному гению. Из наших соотечественников – Борис Михайлович Фиттерман. Он мне подарил кепку-ушанку, такую, зна- ешь, с клапанами по бокам и сказал: «Носи, Михалыч, и чтоб тебе на уши лапшу не вешали».
– Прожить её без надрыва. Вырастить своё потомство. И оставить, пусть маленький, свой творческий след на земле. Но – всё-таки – сначала семья и дети. Хотя всю жизнь прожил иначе.
– Упрямство. Это и моё достоинство.
– Играю только на нервах, а очень хотел бы уметь играть на скрипке.
– Иволга. Хотя тут, на волжской земле, её никогда не встречал и не слышал.
– Во сне. Просто, чтобы не мучиться. Да и не доставлять никому из- лишних неудобств.
– Нет. Но долгожителем стать хотел бы.
– Я атеист. Но не воинствующий, и как многие в нашей стране, крещёный. Была такая история. Хотели мы повесить на здании «шоко- ладки» мемориальные доски в память Соловьева, Акоева и Пеньков- ского. Обратились по вазовским инстанциям. Нам ответили: «А что с другими выдающимися инженерами и организаторами, на цехах производств вешать мемориальные доски?». Ну, ладно, высказал я ру- ководству – другой вариант вам дороже обойдётся. И тогда мы с Саха- ровым придумали идею построить около ВАЗа часовню в память всех вазовцев, ушедших в иной мир. Марк Демидовцев сделал проект.
Построили. Всё шло поначалу нормально. К сожалению, со временем книгу памяти перестали вести. Вот, может, встретившись с Богом, рас- скажу ему об этой истории.
– Нет. Но бывают ситуации, когда ложь во спасение. Но это только для межличностных отношений. В работе ложь вредна. Ещё вреднее полуправда. Уж лучше ложь, чем полуправда.
ПМ: Вот, кстати, въезжаем на улицу Заречную, где я живу. У меня и в Зубках тоже была улица Заречная. Здесь живут работники НТЦ. А вон за той рощицей – наш полигон. Дом мой спроектировала жена Сергея Прохорова, Татьяна. У меня раньше был проект с балконами. А она говорит: «Я не знаю, как должно быть, зато знаю, как не должно быть. Всё-таки, я уже построила свой дом». Зачем, говорит, тебе в де- ревне балкон? Давай сделаем большую веранду. И крыша тебе слож- ная, фигуристая не нужна – пенить стыки будешь каждые три года. Двускатная должна быть, без причуд. Вот и получился дом. Правда, те- перь уже на всех не хватает ворчален. Но я решил из чердака сделать мансарду и переберусь туда сам.
