[f] 59. КРАТАНИЙ (KPATAN10N). Может быть, так называли в старину ту чашу, которая теперь называется "краний" (череп). Во всяком случае, Полемон или кто бы ни был сочинителем книги, озаглавленной "Об Элладе", о храме метапонтийцев в Олимпии пишет так [frag.22 Preller]: "Храм метапонтийцев: в нем фиалов серебряных 132, ковшей серебряных - два, сосуд серебряный для жертвоприношений {115} - один, (480) фиалов позолоченных - три. Храм византийцев, в нем Тритон из кипарисового дерева с серебряным кратанием в руках, Сирена серебряная, два кархесия серебряных, килик серебряный, ковш золотой и два рога (476а-е). В старом храме Геры: фиалов серебряных - тридцать, кратаниев серебряных - два, горшок серебряный - один, сосуд золотой для жертвоприношений, кратер золотой (приношение киренейцев) и батиакий серебряный (см. 784а)".
{115 ...сосуд серебряный для жертвоприношений... — Это могла быть кадильница, а не сосуд для питья.}
КРУНЕЯ (KPOYNEIA). Эпиген в "Памятке" [Kock.II.418; 472е, 486b]:
- Кратеры, кады, вазы и кувшинчики (κρουνει̃α).
- Кувшинчики?
- Ну да! К чему подробности?
КИАФИДА (ΚΥΑΘΙΣ, "черпачок") - сосуд, похожий на котил [b] (см. 478b). Софрон в миме "Женщины, обещающие изгнать богиню" [Kaibel 154]: "Глубоко в киафиде скрыты три отворотные жертвоприношения".
60. КИЛИК (ΚΥΛΙΞ, "вращательный"). Ферекрат в "Обучателе рабов" [Kock.I. 156]:
Сейчас же вымой килик и налей мне пить!
Да только через ситечко процеживай!
Это глиняные чаши для питья, а название их - от вращения (κυλίεσθαι) на [гончарном] круге. От этого же слова и название посудной стойки (κυλικει̃ον), на которую, впрочем, ставятся и серебряные чаши; говорят также κυλικηγορει̃ν, когда кто-либо держит речь над чашей. Афиняне даже лекарский ларец называют κυλιχνίδα, потому что он выточен на с токарном станке. Прославились аргосские и аттические килики. Аттические килики упоминает в следующих стихах даже Пиндар [PLG.5 438; продолжение на 782d]:
[1с] Тебе, Фрасибул,
Шлю я к застолью этот воз любезных песнопений, -
И да будет он сладок в хмельном кругу,
И да будет он стрекалом для Вакховых лоз и афинских чаш.
Впрочем, аргосские килики, кажется, видом отличались от аттических: во всяком случае, края у них были заостренные, как об этом говорит [d] Симонид Аморгский [PLG.4 11.457]:
Аргосский килик с заостренным ободом, -
то есть край приподнимается и утоньчается, как у чаш [с носиком], называемых "амбиками". Именно это значит слово φοξός, как у Гомера в описании Терсита [Ил.II.219]:
был островерх (φοξός) головой он.
То есть, φοξός говорится вместо φαοξός, "острый на вид".
61. Отличные килики происходят из Навкратиса, родины нашего сотрапезника Афинея. Они похожи на фиалы {116} и выделаны как будто не [е] на гончарном круге, а от руки; у них было четыре ручки и расширяющееся днище. (Гончаров в Навкратисе много, по ним и ворота, ближайшие к их мастерским, называются Гончарными.) Эти килики окрашиваются и выглядят, как серебряные. Хорошими считаются и хиосские килики, о которых упоминает Гермипп в "Воинах" [Kock.I.240]:
{116 ...похожи на фиалы... — То есть неглубокие.}
Хиосский килик высоко
На гвозде висит.
[f] Главком в "Глоссарии" пишет, что киликом на Кипре называют котилу (см. выше 478d). Гермонакт в "Синонимах" пишет: "Алейс - это чаша для питья, равно как и кипелл, амфотида, скифос, килик, котон, кархесий, фиал". Ахей Эретрийский в "Алкмеоне" вместо слова "килик" употребляет производное "килихнида" [TGF.2 749]:
Скорей сюда несите агнца черного,
Кратер для всех и килихнида каждому.
"Килихну" упоминает и Алкей [PLG.4 frag.41; 430d]:
(481) Выпьем! Надо ли ждать темноты? С палец осталось дня!
Принеси нам больших чашек-килихн, мальчик любимый мой!
Для забвенья забот бог, что рожден Зевсом с Семелою,
Нам вино даровал. Лей до краев! Два к одному смешай
Воду с чистым вином: пусть поспешат чаша за чашею
Друг за другом вдогон.
И в десятой книге [он пишет] [PLG.4 frag.43]:
Из теосских килихн плещет вино, -
стало быть, теосские килики тоже пользовались известностью.
62. Ферекрат в "Корианно" [Kock.I. 164]:
- Иду из бани с пересохшей глоткою,
Вся разварилась.
- Вот уж напою тебя.
- Слюна как клей, клянусь двумя богинями! {117}
{117 ...клянусь двумя богинями! — То есть Деметрой и Корой; обычная клятва афинянок.}
[b] - Чего ж мне взять? Возьму-ка килик маленький (κιλίσκη),
И разведу тебе?
- Куда там маленький!
Вся желчь во мне кипит, как зелье выпила
Из этаких наперстков. Вот сюда давай,
Налей в мою большую чашу.
О том, что женщины пили из больших чаш, свидетельствует тот же Ферекрат в "Тирании" [Kock.I. 187; 460с]:
Для мужчин они велели сделать чаши плоские,
Чтоб без стенок, только днище с капелькой во впадине,
[с] Словно это лишь на пробу винным дегустаторам!
А себе они такие выделали килики,
Словно у виноторговцев трюмы корабельные:
Легкобокие, зато уж круглые, пузатые!
Это все затем, чтоб выпить сколь возможно более,
[d] И никто бы не сумел их укорить в излишестве:
Поклянутся, что довольно и одной им чарочки,
А такая чарка стоит целой тысячи других.
