Пир с драконами полностью

— Никто не может простоять вахту семь дней и семь ночей подряд. — Заявил сир Бейлон. — Когда вы в последний раз спали, милорд?

— Когда еще был жив мой лорд-отец. — Ответил Джейме.

— Разрешите мне отстоять ночь вместо вас. — Предложил сир Лорас.

— Он не был твоим отцом. — «И не ты его убил. Это сделал я. Возможно, Тирион и выпустил стрелу из арбалета, но я тот, кто выпустил Тириона». — Оставьте меня.

— Как прикажет лорд-командующий. — Откликнулся Сванн. Судя по сиру Лорасу, он готов был оспорить приказ, но сир Бейлон взял его за руку и увел его прочь. Джейме слышал, как стихает эхо их шагов. Наконец он снова остался наедине с отцом, среди свечей, хрусталя и тошнотворно-сладкого запаха смерти. Спина ныла от тяжести доспеха, ноги почти полностью оцепенели. Он слегка сменил позу и крепче ухватился пальцами за золоченую рукоять меча. Он не мог бы управляться подобным мечом, зато мог за него держаться. Его отрубленная рука ужасно болела. Это можно было счесть насмешкой. Он ощущал больше жизни в своей отрубленной руке, чем в оставшемся при нем онемевшем теле.

«Рука скучает по мечу. Нужно кого-то убить. Начну с Вариса, но сперва надо отыскать камень, под которым он спрятался».

— Я приказал евнуху доставить его на корабль, а не в твои покои. — Сказал он лежащему перед ним телу. — На его руках не меньше крови чем… чем у Тириона. — «И на моих тоже», — хотел он добавить, но слова застряли в глотке. — «Что бы ни натворил Варис, я заставил сделать его это».

Той ночью, когда он, наконец, решил не позволить умереть своему брату, он поджидал евнуха в его покоях. Ожидая, он точил одной рукой свой кинжал, получая некое наслаждение от шелестящих звуков скользящей стали по камню: «шшик-шшик-шшик». Услышав шаги, он спрятался за дверь. Варис вошел внутрь в облаке пудры и лаванды. Джейме шагнул ему за спину и ударил под коленки, встал коленом ему на грудь и приставил кинжал к толстому белому подбородку, вынуждая его откинуть голову.

— Ах, лорд Варис. — Удовлетворенно произнес он. — Рад видеть вас здесь.

— Сир Джейме? — Пролепетал Варис в ответ. — Вы меня напугали.

— Так и было задумано. — Когда он слегка повернул лезвие, из-под него побежала струйка крови. — Я решил, что именно вы сможете помочь мне вытащить моего братца из камеры до того, как сир Илин откромсает ему голову. Это довольно уродливая голова, уверяю вас, но она у него одна.

— Да… что ж… хорошо… если вы… уберете кинжал… да, поспокойнее, если так угодно милорду, поспокойнее. О! Я ранен… — Евнух дотронулся до шеи и уставился на кровь на пальцах. — Меня всегда пугал вид собственной крови.

— А скоро вы еще больше испугаетесь, если мне не поможете.

Варис с трудом занял сидячее положение. — Ваш брат… если Бес бесследно исчезнет из своей камеры, то б-будут задавать в-вопросы. Я б-боюсь за свою жизнь…

— Твоя жизнь принадлежит мне. Меня не волнует, какие секреты ты знаешь. Если Тирион умрет, ты переживешь его не надолго, обещаю.

— А! — Евнух слизнул кровь с пальцев. — Вы просите о чудовищной вещи… отпустить Беса, который убил нашего любимого короля. Или вы считаете, что он невиновен?

— Виновен — невиновен, какая разница? — Как дурак ответил ему тогда Джейме. — Ланнистеры всегда платят свои долги. — Слова легко слетели с языка.

С тех пор он не сомкнул глаз. Он и сейчас мог представить себе своего брата, то как карлик скалился под обрубком своего носа в неверном свете факела. — Бедный ты, глупый калека — Прокаркал он с злобным удовлетворением. — Серсея лживая шлюха, она спала с Ланселем, с Осмундом Кеттлблэком, а может и с Лунатиком, почем мне знать. А я именно то чудовище, каким меня все считают. Да, это я убил твоего мерзкого сына.

«Но он не говорил, что собирается убить нашего отца. Если б он сказал, я бы его остановил. Тогда бы я остался Цареубийцей, а не отцеубийцей».

Джейме размышлял, где мог спрятаться Варис. Разумнее всего повелителю шептунов не возвращаться обратно в свои покои, и следовательно поиски в Красном замке были напрасными. Скорее всего, евнух сел на тот же корабль, что и Тирион, предпочитая не отвечать на неудобные вопросы. Если это так, то теперь они уже на другой стороне моря, распивают в каюте бутылку золотого арборского.