Лонгвотерс снова фыркнул. — Я начальник над младшими надзирателями, милорд. Я стою над ними. И в мою задачу входит вести записи. Если милорду захочется проверить книги, он увидит, что в них верны все цифры до единой. — Лонгвотерс заглянул в лежавшую перед ним раскрытую книгу. — Сейчас у нас четверо заключенных на первом уровне и один на втором, вдобавок к младшему брату вашего лордства. — Старик нахмурился. — Который, если быть точным, сбежал. Н-да, верно. Нужно его вычеркнуть. — Он вытащил перо и принялся его острить.
— Я хочу расспросить тех двоих.
Реннифер Лонгвотерс отложил перо и с сомнением уставился на Джейме. — Расспросить их, милорд?
— Ты расслышал верно.
— Так и есть, милорд. Я слышал, что вы сказали, но… милорд может, конечно, может расспрашивать кого угодно, эт' верно, и не мне указывать кого можно расспрашивать, а кого нельзя. Но, сир, если говорить начистоту, не думаю, что они вам ответят. Они мертвы, милорд.
— Мертвы? По чьему приказу?
— По вашему, полагаю, или… может, по приказу короля? Я не спрашивал. Это… не мое это дело расспрашивать Королевских гвардейцев.
Это была соль на его раны. Серсея воспользовалась его собственными людьми, чтобы их руками сделать за нее грязную работу. Их руками и ее милых Кеттлблэков.
— Вы — безмозглое дурачье! — Накинулся Джейме позднее на Бороса Блаунта и Осмунда Кеттлблэка, когда спустился в подземелье, пропахшее кровью и смертью. — Вы соображаете, что творите?
— Ничего такого, что нам не было приказано, милорд. — Сир Борос был ниже Джейме ростом, но мощнее. — Так приказала нам ее величество. Ваша сестра.
Сир Осмунд зацепил большим пальцем свою портупею. — Она сказала, чтобы они спали вечно. И чтобы мы с братом за этим присмотрели.
«И они присмотрели». — Одно тело лежало ничком на столе, словно человек слегка перебрал, но под ним растекалось по столу не винная лужа, а кровь. Второй ключник успел вскочить со скамьи и выхватить кинжал, когда ему кто-то вонзил меч под ребра. Смерть его была долгой и мучительной. — «Я просил Вариса, чтобы во время побега никому не причиняли вреда». — Подумал Джейме. — «Но мне следовало просить не его, а моих брата с сестрой».
— Очень плохо, сир.
Сир Осмунд пожал плечами. — Их нельзя было отпускать. Могу поспорить, они были замешаны, и заодно с тем, который пропал.
«Нет», — Мог бы сказать ему Джейме. — «Варис дал им сонного зелья в вине». — А если так, то мы должны были добиться от них правды. —
— Нашем? — Кеттлблэк едва не остолбенел. — Мы просто исполнили приказ королевы. Клянусь именем брата гвардии.
Джейме мысленно скрестил отсутствующие пальцы правой руки и произнес: — Приведите сюда Осни с Осфридом и уберите произведенный вами беспорядок. И в следующий раз, когда моя дорогая сестрица прикажет вам убить человека, сперва отправляйтесь ко мне. Либо, больше не показывайтесь мне на глаза, сир.
Эти слова эхом звучали в его голове в полумраке Великой Септы. Все окна высоко над головой потемнели, и он уже видел слабый свет далеких звезд. Солнце зашло окончательно и бесповоротно. Трупный запах, несмотря на благовония, стал сильнее. Он напомнил Джейме Ланнистеру брод у Золотого Зубца, где он в первые дни войны одержал сокрушительную победу. Утром после боя на телах равно как побежденных, так и победителей устроили свой пир вороны, как когда-то они пировали после Трезубца на костях Рейегара Таргариена. — «Сколько может стоить такой ворон, если он поужинал королевским мясом?»
Джейме подозревал, что даже сейчас вокруг огромного купола Великой Септы и семи ее башен кружили стаи ворон, разбивая ночной воздух черными крыльями в поисках входа внутрь. —
Это выглядело настолько гротескно, что Джейме громко расхохотался.
