Пир с драконами полностью

— Это ещё наименьший из моих талантов. Видели бы вы, как я хожу по большой нужде, — он повернулся к магистру Иллирио. — Твои знакомые? Смахивают на разбойников. Мне поискать топор?

— Топор? — фыркнул всадник покрупнее — дюжий мужчина с косматой бородой и копной рыжих волос на голове. — Хэлдон, ты слышал? Этот коротышка хочет с нами драться!

Его спутник был старше, с чисто выбритым, морщинистым лицом аскета и волосами, стянутыми в узел на затылке.

— Маленьким людям свойственно доказывать свое мужество недостойной похвальбой, — заявил он. — Ему и утку не убить.

— Давайте сюда утку, — пожал плечами Тирион.

— Ну, если ты настаиваешь, — пожилой всадник взглянул на своего спутника.

В ответ дюжий мужчина извлек из ножен полуторный меч.

— Утка — это я, болтливый ночной горшок.

«Боги, смилуйтесь».

— Я имел в виду утку поменьше.

Верзила взорвался хохотом.

— Хэлдон, ты слышал? Он хочет Утку поменьше!

— Мне бы хватило и Утки потише, — человек по имени Хэлдон изучил Тириона холодными серыми глазами, потом повернулся к Иллирио. — У вас какие-то ящики для нас?

— И мулы, чтобы их тащить.

— Мулы слишком медлительны. У нас есть вьючные лошади, перегрузим ящики на них. Утка, займись.

— И почему это Утка вечно крайний? — верзила сунул меч в ножны. — Чем ты занимаешься, Хэлдон? Кто из нас двоих рыцарь, ты или я?

И, тем не менее, он спешился и потопал к навьюченным мулам.

— Как поживает наш юноша? — полюбопытствовал Иллирио, пока Утка таскал туда-сюда ящики. Тирион насчитал шесть дубовых ящиков с железными засовами. Впрочем, Утка носил их с легкостью, водрузив на плечо.

— Ростом он уже с Грифа. Три дня назад он опрокинул Утку в поилку для лошадей.

— Меня не опрокинули. Я сам упал с коня, чтобы его рассмешить.

— Значит, проделка удалась, — ответил Хэлдон, — я сам обхохотался.

— Там в одном из ящиков для него гостинец — засахаренный имбирь. Мальчик всегда его обожал, — голос Иллирио звучал до странности грустно. — Я думал, что смогу доехать с вами до самого Гоян Дроэ. Прощальный пир, прежде чем вы пуститесь вниз по течению…

— Нет времени пировать, милорд, — ответил Хэлдон. — Гриф хочет отправиться вниз по реке, как только мы вернемся. Из низовьев пришли грозные вести. К северу от Кинжального озера видели дотракийцев — разведчиков из кхаласара старого Мото, а за ним через Квохорский лес идет и кхал Зекко.

Толстяк издал неприличный звук.

— Зекко навещает Квохор каждые три — четыре года. Обычно квохорцы дают ему мешок золота, и Зекко возвращается восвояси на восток. Что до Мото, его люди немногим младше его, и с каждым годом их становится всё меньше. Настоящая угроза — это…

— Кхал Поно, — закончил за него Хэлдон. — Если слухи верны, Мото и Зекко бегут от него. Последний раз Поно видели в верховьях Сельхору с кхаласаром в тридцать тысяч человек. Гриф не хочет попасться ему на переправе, если Поно вдруг решится пересечь Ройн, — Хэлдон поглядел на Тириона. — Твой карлик ездит верхом не хуже, чем ссыт?

— Он ездит, — вмешался Тирион, не дав властелину сыра ответить за него, — хотя он ездит лучше, если под ним специальное седло и лошадь, которую он знает как следует. И ещё он умеет говорить.

— Вот как, значит. Я Хэлдон, врачеватель нашего маленького братства. Кое-кто называет меня Полумейстером. Мой спутник — сир Утка.

— Сир Ролли, — поправил верзила. — Ролли с Утиного Поля. Любой рыцарь может посвятить в рыцари другого, и Гриф посвятил меня. А тебя как зовут, карлик?

Иллирио поспешно ответил:

— Его зовут Йолло.

«Йолло? Звучит как кличка для обезьянки». Кроме того, это было пентошийское имя, а любому дураку было ясно, что Тирион не пентошиец.

— В Пентосе меня звали Йолло, — быстро сказал он, чтобы по возможности поправить ситуацию, — но мать дала мне другое имя: Хугор Хилл.

— И кто же ты: маленький король или маленький бастард? — поинтересовался Хэлдон.

Тирион понял, что с Хэлдоном-Полумейстером ему придется держать ухо востро.

— Любой карлик — бастард в глазах собственного отца.

— Без сомнения. Итак, Хугор Хилл, ответь мне на такой вопрос: как Сервин Зеркальный Щит победил дракона Урракса?

— Приблизился, укрывшись за своим щитом. Урракс видел только свое отражение в щите, пока Сервин не всадил ему копьё в глаз.

Хэлдона это не впечатлило.

— Даже Утка знает эту побасенку. Как звали рыцаря, что попытался применить ту же уловку против Вхагара во времена Танца драконов?

Тирион ухмыльнулся.

— Сир Байрон Сванн. Дракон зажарил его заживо… вот только это была Сиракс, а не Вхагар.

— К моему сожалению, ты неправ. Мейстер Манкан в «Истинном повествовании о Танце драконов» пишет…

— … что это была Вхагар. Великий мейстер Манкан заблуждался. Оруженосец сира Байрона стал свидетелем смерти своего господина и много позже описал его дочери обстоятельства дела. В его воспоминаниях речь шла о Сиракс, драконе Рейениры, что намного логичнее, чем версия Манкана. Сванн был сыном лорда из Марки, а Штормовой предел принял сторону Эйегона. Вхагар же была драконом брата Эйегона — принца Эйемонда. Зачем Сванну пытаться убить её?

Хэлдон поджал губы.