Когда подошло время возобновить их путешествие, рыцари разместились по обе стороны от нее как настоящие охранники, защищавшие какую-нибудь беспомощную высокородную леди… хотя эта леди возвышалась над своими защитниками и была в данный момент лучше вооружена. — Никто не проезжал мимо вас, пока я спала?
— Кто-нибудь вроде девушки с темно-рыжими волосами? — спросил сир Иллифер Неимущий. — Нет, миледи. Никого.
— Я заметил несколько, — вставил сир Крейгтон. — Какой-то фермерский мальчишка на пегой лошади, потом спустя час прошло с полдюжины пеших, вооруженных посохами и дубинками. Они заметили свет костра и долго наблюдали за нашими лошадьми, но я показал им, как блестит мой меч и приказал проваливать. На вид это были суровые парни, и д'вольно отчаянные, но им и близко н'зя тягаться с сиром Крейгтоном Длинный Сук.
«Да», — подумала Бриенна. — «С ним нельзя тягаться». — Она отвернулась, чтобы он не видел ее улыбки. Удачно, что сир Крейгтон, чтобы заслужить улыбку девушки, как раз увлеченно рассказывал байку про свою эпическую битву с Рыцарем Красного Цыпленка. Она почувствовала радость оттого, что у нее есть попутчики, даже такие как эта парочка.
Приблизительно около полудня Бриенна услышала пение, разлетающееся между облетевшими бурыми стволами деревьев. — Что это? — спросил вслух сир Крейгтон.
— Кажется, кто-то молится, — узнала напев Бриенна. — «Они просят Воина о защите, и Старицу осветить им путь».
Сир Иллифер Неимущий обнажил свой зазубренный меч и натянул поводья, ожидая их появление. — Они уже близко.
Пение раздавалось в лесу подобно божественному грому. И внезапно на дороге впереди показался его источник. Это была группа нищих братьев, заросших до самых глаз бородами, в грубых одеждах, кто-то босяком, кто-то в сандалиях. Следом за ними шло около шести десятков разномастных людей, женщин и детей, пятнистая свинья и несколько овец. У кое-кого из мужчин были видны топоры, у остальных были увесистые деревянные дубинки и палицы. Посредине они тащили двухколесную телегу из серой растрескавшейся древесины, доверху набитую черепами и обломками всевозможных костей. Едва они заметили межевых рыцарей, как нищие встали, и пение тут же смолкло. — Добрые рыцари, — начал один из них. — Да возлюбит вас Мать.
— И тебя, брат. — Откликнулся сир Иллифер. — Кто вы?
— Бедные люди, — крикнул один из мужчин — здоровяк с топором на плече. Несмотря на прохладу осеннего леса, он был без рубашки, и на его груди была видна семилучевая звезда. Такие выжигали на себе древние Андалы, когда пересекли Узкое море, чтобы напасть на королевства Первых Людей.
— Мы идем в город, — добавила следом высокая женщина со следами от лямки, тянувшей телегу, — чтобы принести эти светы мощи Благославенному Бэйелору, и просить помощи и защиты у короля.
— Присоединяйтесь к нам, друзья. — Настойчиво предложил невысокий мужчина в дырявой рясе септона. На груди он на ремешке носил кристалл. — Вестерос нуждается в каждом мече.
— Мы присягнули Сумеречному Долу. — Выкрикнул сир Крейгтон, — Но, возможно, мы могли бы проводить вас в Королевскую Гавань.
— Если у вас есть чем заплатить за нашу компанию, — добавил сир Иллифер, который был не только неимущим, но и чрезвычайно практичным.
— Воробьям не нужны деньги, — ответил септон.
Обескураженный сир Крейгтон остолбенел: — «Воробьям?»
— Воробьи самые смиренные и обыкновенные из птиц, и мы такие же смиренные и обыкновенные среди людей. — У септона было худое лицо с острыми чертами лица и короткой темно-русой бородкой с сединой. Его тонкие волосы были зачесаны назад и завязаны в хвост на затылке, а босые ноги были черными, шишковатыми и твердыми как корень дерева. — Это мощи святых людей, погибших за веру. Они служили Семерым до самой смерти. Некоторые умерли от голода, другие были замучены. Септы разоряются, девы и матери насилуются безбожниками и слугами демонов. Пострадали даже Молчаливые Сестры. Наша общая Матерь на небесах плачет от горя. Настало время для всех помазанных рыцарей отбросить клятвы, данные своим мирским повелителям и защищать Святую Веру. Идемте с нами в город, если вам дороги Семеро.
— Они мне очень дороги, — ответил Иллифер, — но я должен что-то есть.
— Как и все дети нашей Матери.
— Мы служим Сумеречному Долу, — спокойно ответил сир Иллифер.
Один из нищих плюнул, а какая-то женщина застонала.
— Вы ненастоящие рыцари, — заявил здоровяк со звездой на груди. Рядом с ним стоящие приготовили свои палицы.
Босоногий септон принялся их увещевать словом: — Не судите сами! Оставьте суд на долю Отца. Пусть идут с миром. Они такие же бедные, потерянные люди.
Бриенна выехала немного вперед: — Моя младшая сестра тоже потерялась. Ей три-на-десять лет, у нее темно-рыжие волосы. Она заметна издалека.
