— Капитан, вы сами прекрасно понимаете последствия отказа сотрудничать. Вархаммер встал и заложил руки за спину, будто на старых фотографиях первых командоров военных крейсеров, что отправлялись к далеким звездам ради выживания всего человечества. Стена за его спиной потемнела, а потом загорелась, ударила в глаза ярким светом ближайшей звезды, ослепила, заставив сощуриться, и в этом потоке стояла темная фигура Эрика Вархаммера — главного карателя Земного Союза, а бездушный космос, словно королевская порфира, окутывал его мощное тело.
Что-то внутри меня порвалось, натянулось до напряжения и на высокой ноте лопнуло. Я встала с кресла и повторила позу командора, глядя на него в упор.
— Я приму решение только тогда, когда смогу поговорить с Рю. Не надо давить на меня своим авторитетом, командор. Астероидяне не восприимчивы к таким уловкам. И не пугайте меня тюрьмой. Я жила в ней всю свою жизнь.
Стена позади Вархаммера стала прежней. Он расслабил позу и тихо засмеялся. Я не понимала, что такого смешного сказала, но Молоток опустил взгляд, продолжая улыбаться и думая о чем-то своем.
— Я решил. Я назначу вас, Элия Арве, моим ассистентом. Вы мне определенно нравитесь. А теперь… свободны, — последнее слово он проговорил четко и жестко, возвращая на лицо привычную мне маску холодности. И я вытянулась по стойке смирно, заученно произнося:
— Есть, сэр.
А когда вышла из кабинета, то схватилась за стену и привалилась к ней всем корпусом — меня трясло то ли от злости, то ли от облегчения. Хотя командор и не дал ответа, но что-то в его реакции на мои слова обнадеживало.
Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок…
Командор все-таки позволил поговорить с Рю. Я не помню на какой цикл это произошло — все смешалось в один сплошной поток дел и новых задач. Но сначала Вархаммер и правда сделал меня своим ассистентом. Поднял через шесть часов и бодро стал объяснять, что я категорически не должна делать:
— Опаздывать, путать документы, не следить за актуальностью информации и перечить мне при посторонних…
— То есть перечить тет-а-тет я могу? — с долей яда переспросила я у будущего начальника.
Командор ухмыльнулся, показывая острые резцы, как у тигра, и спокойно продолжил:
— Перечить мне запрещено в любом виде, Элия. Обращаться ко мне только на «вы», либо «командор Вархаммер». Никаких привилегий эта должность не дает, поэтому можешь не надеяться протолкнуть свои интересы побыстрее.
Я промолчала, пытаясь понять про какие такие интересы говорил Молоток, но он так явственно намекал, что стало неприятно. Никогда я ничего не решала за счет связей, чтобы не быть должной.
— Также ты обязана следить за моим графиком питания и сна, — подитожил командор и выразительно взглянул на меня.
Мне хотелось расхохотаться и спросить: Вы это серьезно?
Неужели командор предполагал, что человек вроде меня, без опыта и должной сноровки, сразу все запомнит и начнет работать без ошибок?!
Видимо, он так и думал, потому что после инструктажа сразу усадил меня за новый стол, которого вчера я в кабинете не заметила и завалил документами. К вечерней фазе цикла мы оба были злющие и взлохмаченные. Я естественно все делала «не так». Не так быстро, не так эффективно, не так умело. На мои слова, что я вижу земной интерфейс впервые, Молоток лишь отмахивался и бурчал что-то про «все одинаковое». Я лишь закатывала глаза и делала скидку на земное высокомерие, но пару раз предлагала сменить ассистента, на что получала злой взгляд.
Так мы издевались друг над другом все рабочее время. Пресс-атташе Леон Гейс прекратил заходить в кабинет к Вархаммеру где-то после обеда, чтобы не попадать под горячую руку, а начальник СБ, один из представителей клана Аней, легендарных бойцов, вообще затихорился с утренних часов. Хотя, как я поняла, у них были проблемы с Сетом и Рю, но командор нашел себе развлечение. Все просто кричало Эрику Вархаммеру, что я не гожусь в ассистенты, но он не сдавался.
Не сдавалась и я, чтобы убедить его в пустой трате времени, но уже в ночную фазу цикла я устало легла на руки и признала, что сдаюсь.
— Я думал в вас больше характера, капитан Арве, а вы уже нюни распустили.
— Вы на мне эксперименты ставите, командор Вархаммер?
— Ни в коем случае, — отчеканил быстро и добавил мягче: — Мне правда нужен толковый ассистент.
— Я боюсь спрашивать, но почему вы решили, что я подхожу? — недоуменно спросила я.
— Вы нашли общий язык с рунитами.
— Акварианцами, — машинально поправила уже режущее слух слово.
Командор повторил:
— С акварианцами. Значит, и со мной сработаетесь.
