10 месяцев я провел в заключении в шести тюрьмах и одном ИТК и все время отбивался и писал. Адвокат струсил и вел подлую тактику. Жену осудили условно.
В январе 1987 г. я после протестов Прокурора РСФСР был полностью реабилитирован и освобожден. Мне вернули зарплату и весь «арсенал» (т.е. экспонаты школьного музея Боевой Славы). Жена, не признавшая себя виновной, попала под амнистию.
Долгое время за нами была слежка, в которой участвовало 12 человек из УВД…
Никто из организаторов преследования практически не только не пострадал, но и получил повышение. Ни на одно из моих писем в Крайком КПСС (три жалобы), в Горком и райком я не получил ни одного ответа.
Примечательно, что почти два года я воевал не с теми уголовниками (по материалам, отправленным в Москву), а с нашими «правоохранительными» органами и их покровителями.
Находясь за двадцатью решетками и вооруженный лишь шариковой ручкой, я победил всю эту свору подонков и предателей. Злобы у них и по сей день полно, но им сейчас мешает Горбачев М.С.
Моя история – сверхдетективная, интереснейшая и поучительная. БИТЬ ЭТУ МРАЗЬ МОЖНО. Вот почему читавшие Вашу «Пирамиду» жмут Вам руку
С уважением Селуянов Виль Алексеевич, ст.инженер по ЭВМ и преподаватель УПК Хостинского РОНО.»
Телефон, адрес… г.Сочи. Письмо № 240.
Письмо это, понятно, особенно порадовало меня, и я решил при возможности встретиться с М.Вознесенским и выяснить, помнит ли он эту историю и помогал ли герою, автору письма.
Но уж если речь зашла о героях, то вот и еще письмо, весьма примечательное.
<p>Старая гвардия</p>«…Я живу и работаю в г. Нальчике КБАССР. Сейчас отдыхаю в г. Кисловодске, где в библиотеке санатория прочитал документальную повесть «Пирамида». Прочитал на одном дыхании.
Теперь в самый раз представиться: я, Безгодько Федор Никитович, 1925 г. рождения, русский, член Кабардино-Балкарского обкома КПСС, прошел боевой путь от Северного Кавказа и до Берлина, майор в отставке. С 1944 года вел фронтовой дневник, а после войны делал много записей для памяти. Наверное, поэтому стал газетчиком (стаж 20 лет), а затем 17 лет работал в аппарате обкома КПСС.
Как старый солдат (8 лет службы), коммунист-фронтовик я делал все для того, чтобы в жизни было больше хорошего и меньше плохого. Сдав дела, уйдя на заслуженный, я честно смотрю в глаза рядовым коммунистам. С моим участием не была изуродована ни одна человеческая судьба.
Ваша повесть – суровый приговор беззаконию, всевластию. В годы так называемого застоя семена разложения попали не только в правоохранительные органы Туркмении. Щелоков, Чурбанов и иже с ними не только венчали пирамиду, они же вложили могучие глыбы в ее основание.
