В нашей партии много истинно принципиальных, мужественных коммунистов, которые не склоняли голову перед произволом. Они шли на все, добровольно укорачивали себе жизнь, но не сдавались. Такими были мои предшественники – председатели парткомиссии В.К.Погребняк (ныне покойный), В.И.Крюков (сейчас возглавляет потребсоюз). Мои ныне здравствующие товарищи по парткомиссии А.Х.Кантемиров, А.А.Косареда, И.С.Залиханов – кабардинец, русская, балкарец – продолжают сейчас эту нелегкую эстафету. Бывают у них минуты, когда и солнцу, и свету не рад, и жить совсем не хочется, но все-таки превозмогают эти мгновения, не покидают боевого поста.
Вы это испытали, товарищ Юрий, окрасив иные страницы не мрачноватой безысходностью, а болью, криком, призывом: люди, да остановитесь же вы наконец, хватит пятиться назад! Но так уж мы сработаны: чем нам труднее, тем мы настойчивее и решительнее. У Вашего поколения еще будет шанс, а у моего – нет. Перестройка нам нужна сейчас, сегодня. И на этом трудном пути – всяческих Вам успехов! Совершая восхождение к высотам мастерства и гражданского мужества, не забывайте, пожалуйста, и о тех, кто и вчера, и сегодня готов подставить свое плечо, готов разделить с Вами и труд, и ответственность за дело, ставшее для нас общим.
Искренне Ваш…»
г. Нальчик. Письмо № 203.
И только маленький комментарий к последним письмам.
Первый зам (да и журналист, оппонент в газетном «диалоге», считающий себя в какой-то мере «властителем дум» читателей своей газеты) увидели в повести «кровавое дело Клименкина» и – в первую очередь – обвинение властям, то есть озлобленность мою. (Я уже не говорю о П.К.Гнездилове) А эти люди, авторы писем, поняли, что главное – положительные герои и пусть частичная, но – победа справедливости, вселяющая надежду, призывающая действовать, бороться и верить в положительный результат борьбы. Разница! В первом случае – бесконечная эстафета зла, око за око, зуб за зуб, во втором, и единственно приемлемом для меня – борьба за человеческое в человеке, сила добра. В первом случае: «Кто не с нами, тот против нас!» Во втором: «Кто не против нас, тот с нами!» Разница… В первом случае действительно не нужны «интеллигентские рассуждения» в «личной линии», во втором они – главное. И это поняли не только интеллигентные и «простые» люди, но даже… рецидивисты.
<p>Поэт-рецидивист</p>Письмо было очень толстым. Вернее, даже два письма, одно за другим, в обыкновенных конвертах, но толстых. Написано от руки, шариковой ручкой, но достаточно разборчиво. Сначала текст, потом – стихи, точнее – «образцы стихов, посланных с жалобами». Потом «образец жалобы». В общей сложности – страниц 20-25, в переводе на машинописный текст в два интервала. Это не самое большое послание – были бандероли по килограмму, были «жизнеописания» в нескольких томах, доставленные авторами на дом, были «общие» тетради, исписанные мелким почерком от корки до корки, – и все же это письмо, вернее – два, получивших номера 182 и 186, – считаются у меня одними из лучших. Уверен, что и это – семя для весомого, захватывающего романа-хроники, детективного романа, фильма и т.д. Потому что за ними судьба. Личность человека, не сумевшего (а может быть не хотевшего) реализовать свои способности, свой талант на свободе, не нашедшего себе места в обществе, которое, впрочем, не очень-то в нем нуждалось, а главное – не смогло помочь ему в истинной его беде.
