Антон Светояров находился в состоянии невменяемости — на вопросы не отвечал, кричал, бился в истерике. В крови всех троих детей были обнаружены следы СТП — редкого синтетического наркотика с ярко выраженными галлюциногенными свойствами. Это вещество было разработано в военных лабораториях США в качестве боевого отравляющего вещества, поражающего нервную систему. По нелегальным каналам оно попало на черный рынок.
Из всех галюциногенных наркотиков СТП наиболее часто вызывает состояние, известное под названием "бэд трип" — кошмарное путешествие. Наиболее частыми осложнениями являются эпилептоморфные припадки и смертельный исход вследствие паралича дыхательного центра.
Меньше всего наркотика было обнаружено в крови Максима. Он сказал, что Маша предложила им принять какой-то порошок, не объяснив, что это такое, и сказав лишь, что "будет кайфово".
Находившийся в невменяемом состоянии Антон не мог ни подтвердить, ни опровергнуть его слова. Отчасти его состояние объяснялось побочными действиями СТП.
Как я уже говорил, дело прикрыли — родителям Маши, даже если у них и оставались какие-то сомнения, ничего не оставалось делать, как принять официальную версию — иначе их дочь ославили бы как наркоманку.
Антон провел в психушке два года, после чего вернулся домой. Вот и вся история.
— Жуткое дело, — вздохнула я. — У одиннадцатилетнего ребенка от одного наркотика может крыша поехать, а тут еще и смерть подружки. Не исключено, что он был влюблен в Машу. Не знаешь, она была красивая?
— В деле были только посмертные фотографии. На них она выглядела не лучшим образом, но при жизни, думаю, была вполне ничего.
— Погоди-ка! — воскликнула я, осененная неожиданной идеей. — У Маши, случайно, не было на руке трех родинок, образующих правильный треугольник?
— Не знаю, — покачал головой Чупрун. — Ты считаешь, что найденный тобою вчера клочок фотографии был оторван от портрета Маши Зуенко?
— Это сразу объяснило бы поведение Антона. Скорее всего, воспоминания о Маше до сих пор приводят его в невменяемое состояние. Представь, что некто поднес к окну портрет девочки и осветил его карманным фонариком. Антон оборачивается, видит глядящее на него из темноты лицо убитой подружки, съезжает с катушек и прыгает в окно. Весьма логичное предположение.
— Я позвоню приятелю из архива. Попрошу его выяснить насчет родинок и перезвонить.
— И еще одно. Вы уже провели обыск в доме Бублика?
— Пока нет. От тебя я поеду прямо туда.
— Сделай мне еще одно одолжение. Перед тем, как погиб Максим, я обнаружила на ограде террасы, расположенной перед окном его спальни, кусочек синего трикотажа. Ты не мог бы посмотреть, нет ли у Бублика синей футболки с дырой? Я подозреваю, что он мог следить за Жанной и пробраться на территорию Светояровых.
— И ты только сейчас мне это говоришь? — обжег меня инквизиторским взглядом Колюня. — С чего ты взяла, что Иннокентий находился той ночью в Нижних Бодунах?
— Это всего лишь предположение. Сыщицкая интуиция.
— Так я тебе и поверил! — опер яростно нажал на газ и вырулил в крайний левый ряд, "подрезав" навороченный черный джип. — Раньше ты не упоминала ни о каком обрывке ткани. Какого черта ты скрываешь улики?
— Не скрываю, а забыла. Такое с каждым может случиться.
— Только не прикидывайся склеротичкой. Я тебя знаю, как облупленную. Где кусок ткани?
— Дома. Напомни, и я тебе его отдам.
— Вот арестую тебя за чинение препятствий расследованию — будешь знать, — пригрозил Колюня.
— Не арестуешь, — беспечно ответила я. — Тебя тогда совесть замучает.
Полноценно насладиться трапезой Колюне так и не удалось. Он успел лишь вдохнуть неповторимый аромат разогретых пирожков пигодя и окинуть предвкушающим взглядом пиалы с ростками маша и фаршированными баклажанами, как сотовый телефон в его кармане пронзительно зазвонил.
Судя по выражению лица опера, разговор был не из приятных. Выразительно матюгнувшись, Чупрун бросил телефон на стол.
— Начальство? — сочувственно поинтересовалась я.
— Чертов банкир, — проворчал Колюня.
— Ты имеешь в виду отца Бублика?
— Кого же еще? Все свои связи задействовал. Такую волну погнал — только держись. Полковнику моему хвост накрутил, а он, соответственно, мне — мол, где находишься, чем занимаешься и все такое прочее. Срочно требует к себе на ковер.
— Срочно — понятие растяжимое. Не пойдешь же ты к начальству на голодный желудок. Так и язву заработать недолго.
— Все удовольствие поломали, гады, — вздохнул опер. — Это же не гамбургер из Макдональда, чтобы на бегу его в рот запихивать.
Чай Колюня допивал уже на ходу. Бросив в рот последнюю конфету, он вскочил в машину и резко газанул, успев напомнить, чтобы я из дома не высовывалась и на всякий случай вызвала для охраны пару знакомых телохранителей.
Я постояла на дороге, провожая взглядом "жигули" опера, а потом вернулась в дом, на всякий случай заперла двери на все замки, взяла чашку жасминового чая, конфеты и со всем этим хозяйством отправилась в спальню.
