Какое-то время слышалась возня, и девушка представляла как пираты радуются добыче и рассматривают полученное при набеге. Вспоминала удрученные лица тех, кто стоял на захваченном судне и как они опускали глаза, старательно делая вид, что не слышат ее. Все произошедшее не укладывалось в голове, и девушка не знала как привести в порядок мысли, чтобы не сойти с ума в этом безумном мире.
Через несколько минут после того как все стихло к ней вошел Кристиан. Маргарет тут же подумала, что он не преминет воспользоваться возможностью и сейчас же начнет ее распекать, указывая на ошибки, но тот молчал. Не сказав ни слова, разобрал бумаги на столе. Сделал какие-то записи. И так же молча направился к выходу.
Она не верила в происходящее. Все знакомые мужчины непременно озвучили бы женские промахи, присовокупив общую характеристику женского пола, сводившуюся к тотальной глупости и невозможности обучения ничему, кроме как игре на музыкальных инструментах и вышивке. То есть к занятиям, не требующим, по их мнению, никакой сообразительности. И потому доступных такому неразумному существу как женщина.
Вечерело, вернулся Кристиан и так же спокойно начал готовиться ко сну, сняв по обыкновению грубый пиджак и оставшись в одной рубашке, не скрывавшей, меж тем, его отличного телосложения. Маргарет не сомневалась, что он не имел привычки спать в одежде. Но несмотря на то, что он наверняка был простым мужчиной, не имевшим ни знатного происхождения, ни воспитания, при ней никогда не раздевался настолько, чтобы это выходило за рамки приличий.
Решив, что капитан не озвучивает свои мысли относительно ее поведения на палубе и последовавшей за этим реакцией людей на захваченном корабле ввиду того, что думает будто она спит, девушка нарочно поднялась и принялась распутывать волосы от шпилек, намереваясь заплести косу. Но Кристиан молчал и сейчас. Маргарет не выдержала и сама начала разговор:
– Меня удивляет, что вы не проронили ни слова с того самого момента, как вышли сегодня утром из этой двери.
– Вы ждете чего-то определенного?
– Комментариев относительно поведения людей на захваченном судне.
– Вижу, у вас больше нет желания называть их ни мужчинами, ни джентльменами.
– Полагаю, вы поняли, что ни тем, ни другим они не являются.
– Я знал это и раньше.
– Почему же не остановили меня?
– Я пытался.
– Вы не сказали, что это не джентльмены!
– Многие из них высокого ранга, и на приемах да в частных клубах к ним обращаются именно так. А с десяток юных девиц на балах только и мечтают, чтобы на них обратили взор эти достойные люди.
– Где было их достоинство, когда леди просила о помощи?!
– Осмелюсь предположить, что они оставляют его как только покидают свои роскошные дома и клубы.
– Ничего не понимаю… такого просто не может быть! Джентльмен остается джентльменом в любой ситуации. Как я сразу не поняла! – догадалась девушка. – Они были просто напуганы и не знали, что делать.
– Полагаете, это может оправдать мужчину? И потом, не настолько они были напуганы. Поверьте, я знаю о чем говорю. Суда сдают по-разному. Бывает, сражаются за то что имеют. А бывает, завидев пиратский корабль, приставший к борту, отдают без боя. Все боятся одинаково, только столкнувшись со страхом поступают по-разному. Эти черные паруса – тоже момент устрашения. Мы используем их только когда собираемся нападать. В остальное время корабль двигается под обычными. И многие складывают оружие, только лишь завидев темный цвет.
– Хотите сказать, что эти люди не стали защищаться?
– Не стали. Не могу с определенностью сказать, что послужило причиной: опасение за свои жизни, неуверенность в собственных силах или что-то еще.
– Хотите чтобы я поверила, что эти люди забыли, что такое честь?
– Вам еще немало предстоит понять, Маргарет. Многим, не только дамам, не ведомо, что на самом деле творится в этом мире. Но такова уж ваша судьба, и вы должны усвоить, что, столкнувшись с трудностями, люди ведут себя по-разному – кто-то до конца верен себе, защищает свою семью, любовь и честь. А кто-то меняется до неузнаваемости и способен предать, унизить, причинить боль.
Кристиан не знал, почему рассказывает так много этой женщине. За безопасность можно не бояться – рассказать ей некому, да и ничего личного он ей не поведал. Видимо, просто хотел немного научить ее жизни – уж слишком она наивна.
– Они были из таких? Тех, кто спасовал перед трудностями и побоялся встать на защиту женщины?
– Не расстраивайтесь, это не самый худший вариант. Вы им чужая, а случается, мужчины отдают не только товары, но и женщин, находящихся на корабле – жен, детей… только чтобы спасти свои шкуры.
– И вы их забираете, этих женщин? – Маргарет задохнулась от негодования.
– Нет, мне они без надобности. Но предлагали многократно.
– Не могу поверить, что такое возможно!
– Придется. Не пойму только, отчего это вызывает удивление. Сегодня утром вы сами дали мне понять, что прекрасно осведомлены, что мужчины в вашей стране считают женщин товаром. Так почему бы не поступить с ними как со всем остальным скарбом?
– Не все мужчины и не во всех ситуациях!
