Он вернулся на верхнюю палубу, к кормовой рубке, туда, где был установлен штурвал. До него вновь донеслось приглушенное пение, но по-прежнему нельзя было определить, откуда же оно раздавалось. Он застыл и прислушался.
Тут пение прервалось, и кто-то с беспокойством спросил:
— Кэ паса? Кэ эста ву?
Сансон поднял голову. Конечно! В «вороньем гнезде» на грот-мачте стоял человек и смотрел на него сверху вниз.
— Кэ эста ву? — сердито повторил он.
Сансон знал, что наблюдатель не может оттуда толком разглядеть его. Он отступил в тень.
— Кэ? — переспросил испанец, сбитый с толку.
Француз в темноте извлек свой арбалет, натянул стальной лучок, вставил стрелу и прицелился. Испанец, раздраженно ругаясь, лез вниз по вантам.
Сансон выстрелил.
Сила удара сшибла испанца с вант. Тело отлетело на дюжину ярдов в темноту и свалилось в воду. Негромкий плеск — и ни звука более.
Сансон крадучись прошел через пустую корму, удостоверился в том, что он здесь один, и взялся за штурвал. Через мгновение на носу появились Лазю с Мавром. Они заметили Сансона, помахали ему и улыбнулись.
Корабль принадлежал им.
Хантер с доном Диего вернулись на склад и приделали длинный фитиль к бочонкам с порохом. Теперь они работали быстро, ибо к тому моменту, как каперы покинули пушки, небо над их головами уже начало светлеть.
Дон Диего расставил бочонки небольшими группами по всему складу.
— Так лучше, — шепотом объяснил он. — Иначе будет только один взрыв, а это не то, что нам нужно.
Он разбил два бочонка, рассыпал черный порошок по полу, а потом, удовлетворившись содеянным, поджег фитиль.
Тут снаружи, с крепостного двора донесся крик, за ним — еще один.
— Что там? — спросил Диего.
Хантер нахмурился.
— Возможно, они нашли мертвого часового, — отозвался он.
Через мгновение во дворе раздались новые вопли, а за ними — топот.
Одно слово повторялось раз за разом: «Пираты! Пираты!»
— Наверное, наш корабль вошел в пролив, — сказал капитан и бросил взгляд на фитиль, который шипел и потрескивал в углу склада.
— Может, затушить его? — спросил Диего.
— Не надо. Пусть горит.
— Нам нельзя здесь оставаться.
— Через несколько минут во дворе начнется полная паника. Тогда мы скроемся.
— Тогда лучше пускай этих минут будет поменьше, — пробормотал Диего.
Крики во дворе сделались громче. Теперь там топотали буквально сотни ног, как будто по тревоге поднялся весь гарнизон.
— Они проверят склад, — с тревогой заявил Диего.
— В конце концов — да, — согласился Хантер.
Тут дверь распахнулась, в помещение вступил Касалья со шпагой в руке и увидел пиратов.
Хантер схватил палаш из стойки у стены. Там их было множество.
— Диего, беги! — шепотом скомандовал он.
Едва клинки Касальи и Хантера соприкоснулись, Еврей опрометью вылетел за дверь. Противники принялись кружить по складу.
Капитан пятился.
— Англичанин! — со смехом произнес Касалья. — Я порублю тебя на куски и скормлю собакам!
Хантер не ответил. Он взвешивал палаш в руке, приноравливаясь к непривычному весу, примерялся к гибкости клинка.
— Твои яйца подадут на ужин моей любовнице, — не унимался Касалья.
Они продолжали настороженно кружить. Чарльз уводил противника прочь из склада, подальше от шипящего и потрескивающего фитиля. Испанец так его и не заметил.
— Тебе страшно, англичанин?
Хантер отступил почти к самой двери. Касалья ринулся вперед. Капитан отбил удар, продолжая отступать. Испанец повторил выпад. Хантер попятился и шагнул наружу.
— Англичанин, ты — вонючий трус!
Теперь они оба находились во дворе. Чарльз наконец-то вступил в ближний бой, и его противник расхохотался от удовольствия. Несколько мгновений они дрались молча, но Хантер продолжал уводить врага прочь от склада.
Вокруг бегали и орали солдаты гарнизона. Каждый из них в любое мгновение мог убить Хантера сзади. Опасность была огромна, а Касалья внезапно осознал, что именно делал его противник.
Он прервал схватку, отступил на шаг и оглянулся на склад.
— Ах ты английский сукин сын!
Касалья кинулся к складу. В этот самый миг раздался первый взрыв. Склад поглотило клубящееся белое пламя и испепеляющий жар.
Экипаж «Кассандры», идущей по узкому проливу, увидел этот взрыв и разразился радостными воплями. Но Эндерс, стоявший у штурвала, нахмурился. Пушки Матансероса по-прежнему были на месте. Он видел их длинные стволы, торчащие из бойниц, проделанных в каменной стене. В красном свете пожара было отчетливо видно, как артиллеристы суетятся у пушек, готовят их к стрельбе.
— Господи, помоги! — взмолился Эндерс, когда «Кассандра» находилась напротив береговой батареи. — По местам, парни! — крикнул он. — Сейчас нам испанцы влепят!
Лазю и Мавр, стоявшие на баке галеона, тоже увидели этот взрыв и «Кассандру», идущую по проливу против ветра, прямо напротив крепости.
— Матерь Божья! — выдохнула Лазю. — Они не управились с пушками. Орудия уцелели!
В этот момент Еврей уже выбрался за пределы крепости и мчался к воде. Он не остановился, когда склад взорвался с ужасающим грохотом, не подумал, не остался ли Хантер внутри. Дон Диего вообще сейчас ни о чем не думал, мчался к воде, и его легкие разрывались от боли.
