Тут я потеряла дар речи на целую минуту, не меньше. Только такое чудовище как господин де Бражелон, который способен над всем на свете насмехаться и иронизировать, может назвать своего кота именем героя популярнейшего романа. У которого, к тому же, столь знаменитый прототип! Вот если бы про него, насмешника, кто-нибудь поумнее Скюдери, написал рыцарский роман… и потом кто-нибудь из читателей назвал бы кота Бражелоном, понравилось бы ему это?
Анри де Вандом терпеливо ждал, когда все общество покинет кают-компанию. Он хотел переговорить с капитаном. Но господин де Вентадорн вел беседу с художником Люком Куртуа и опальным дуэлянтом Гугенотом. Вандом решил проявить настойчивость и дождаться своей очереди. Заметив пригорюнившегося пажа, капитан приветливо улыбнулся ему и спросил:
— Что вам угодно, шевалье де Вандом?
— Прежде всего, господин капитан, позвольте вас поблагодарить за отличный ужас… — оговорился Анри, — за отличный ужин, я хотел сказать.
— Наша скромная трапеза пришлась вам по вкусу? Очень рад.
Анри заверил капитана, что все было очень вкусно, и восхитился искусством корабельного кока. Это было бессовестным лицемерием — он еле справился с рисом, ликер был слишком крепким /даже три столовые ложки / виноград слишком кислым, но все же, полагал Анри, это лучше, чем солонина, сухари и тухлая пресная вода — рацион терпящих бедствие. Как мало ни знал паж из области навигацкой науки, это-то ему было известно, и, кроме того, к комплиментам побуждала воспитанность.
— Не злоупотребляйте приправами, — засмеялся капитан, — Пряности, вывезенные из тропических стран, с непривычки могут вызвать аллергию. На этот случай у нас есть наш уважаемый доктор Себастьен Дюпон! Если бы вам по-рыцарски не пришел на помощь ваш сосед, г-н виконт, быть может, нам уже пришлось бы прибегнуть к помощи вышеупомянутого врача, господина Себастьена.
— Со мной все в порядке, — заявил Анри, — С виконтом тоже. По его словам, у него железный желудок.
— Рад это слышать, — ответил капитан несколько суховато, как показалось Анри, — Однако виноград вы нашли несколько кислым?
— Ничего слаще я не ел в своей жизни! — поспешил заверить Анри. Капитан, Люк и Гугенот рассмеялись.
— Ваша лесть слишком груба, шевалье де Вандом, — усмехнулся капитан, — Виноград оказался кислым, об этом мы только что говорили с этими господами. Какой-то проходимец ухитрился всучить нам кислятину, и я только что извинился перед пассажирами.
— Это слишком, господин капитан. Мне кажется, вы изволите шутить, господин капитан! Вы доводите свою учтивость до абсурда, господин капитан!
— Почему вы так думаете, молодой человек? Я и вам приношу извинения за кислый виноград, и не откажите в любезности передать мои извинения виконту. Я видел, как вы гримасничали, ощипывая зеленые гроздья.
— Мы гримасничали не из-за винограда, а из-за покушений иезуитов на Генриха Четвертого, — сказал Анри, — Но извинения ваши я передам непременно. Хотя виконт к таким вещам равнодушен — не к извинениям, а ко всяким трудностям. И все-таки, я уверен, вы шутите.
— Отчего же? Я в ответе за все, что происходит на моем корабле… Простите! Невольно оговорился — на корабле Его Величества. И за питание наших пассажиров тоже.
— Господин капитан, я все-таки не так глуп, чтобы не понимать, что нам предстоит отнюдь не увеселительная прогулка, — сказал Анри, — Вот почему я предположил, что вы своей преувеличенной любезностью как бы проверяете нас.
Люк и Гугенот переглянулись с капитаном.
— Браво, господин паж! — усмехнулся капитан, — Итак, хоть кто-то из беспечных пассажиров этого корабля отдает себе отчет в том, что путешествие наше — не развлекательный круиз.
— Это понимают все ваши пассажиры, — сказал Люк, — Но до поры до времени стараются не думать об этом.
Анри после этой короткой беседы еще более утвердился в своем намерении. 'Мой корабль' , как бы умышленная оговорка — капитан считает себя хозяином корабля, это было понятно еще во время экскурсии. И затем, непринужденно беседуя, поправляет себя: 'Корабль Его Величества' . Капитан видел все, что происходило во время ужина. Бог его знает, как ему это удается, привычка, видимо. Он заметил и обмен тарелками и виноградную баталию. И, конечно, не ускользнул от его внимания бокал, опрокинутый Анри во время обеда. Как бы ни был зол Анри на виконта, раз уж последний "по-рыцарски' пришел ему на помощь, придется отплатить той же монетой.
— Это все, что вы мне хотели сказать, господин де Вандом?
— Я хотел попросить что-нибудь почитать. Говорят, у вас отличная библиотека.
— Буду рад предоставить ее в ваше распоряжение, — ответил капитан, — Но у меня одно строгое условие: книги не зачитывать!
— Что вы, как можно! — возмутился Анри, — Я никогда не зачитываю чужие книги. И, спешу вас уверить, очень аккуратно с ними обращаюсь.
— В этом я не сомневаюсь, — сказал капитан, окинув взглядом изящного, аккуратненького пажа. И вздохнул.
