Тут я обхватил руками свое горло, захрипел и закатывая глаза начал биться в конвульсиях. Анна приоткрыв рот испуганно смотрела на мои корчи. Ее глаза были расширены до придела, и казалось вот-вот выпадут из глазниц. Это было так уморительно, что я не выдержал и растянул губы в улыбке и заржал. Реакция принцессы была ожидаема - рот сразу закрылся, губы ниточки, глаза недобро прищурены, а острые кулачки стали выбивать барабанную дробь на моих ребрах. Затем она резко отстранилась.
- Зачем ты меня так пугаешь, - позвучало с укором и губки тут же надулись в обиде. - Дурак ненормальный! Она сделала попытку немедленно встать с постели, но я не дал. Крепко обнял ее и зашептал в ушко всякую чепуху:
- Если я и выгляжу ненормальным, то это только потому, что такой на самом деле, - объяснил я. - Мои поступки кажутся жестокими, а суждения - циничными, но в груди у меня бьется сердце настоящего рыцаря.
- Ты имеешь в виду одного из тех парней, кто с глухим рычанием тащит невинную девушку в постель, а потом цепляет на нее пояс верности, и год не появляется дома? Ты тоже такой?
Я тупо уставился на нее. Поразительная адаптивность - секунду назад обида, и глаза на мокром месте, а через мгновение уже осыпает меня насмешками.
- Нет! Что ты?! Я человек без претензий, - сказал я. - Что было хорошо для Адама, хорошо и для меня. Хотя, вижу, ты хорошо разбираешься в таких вещах как рыцарская честь, и пояс верности, - сказал я задумчиво, и осторожно спросил: - А кем был твой покойный супруг?
- Воином! И тоже царских кровей. Наши роды родственны, и берут свое начало от хана Ормутага - правившего двести лет назад. Мой, от его младшего сына - Маламира, который унаследовал трон, а его от Енравоты - старшего, которого хан изгнал за его христианскую веру. В настоящее время его род мало чем уступает по влиянию и богатству моему. Вот отец и устроил свадьбу, чтоб вне зависимости от того, чей род будет править Болгарией, среди правителей были его потомки...
Мужем Анны оказался туповатым солдафоном, который находясь дома, - что было большей редкостью, уделял ей меньше внимания, чем своей сабле. Так и прожили они полтора года. Затем стычка на границе, угорская стрела на излете, ерундовая рана, практически царапина, и мужа не стало. Сгорел в лихорадке за неделю. Лекари заверили, что стрела была отравлена, а конюх принцессы - бывший десятник, сказал что угры стрел не отравляют, а смазывают их нечистотами и землей, и если раны от них не прижечь каленым железом, то случается черная лихорадка и раненый умирает. Детей у них не случилось. Свекровь пыталась подмять Анну - но куда ей, против ее дворцового опыта интриг. Короче в своей новой семье принцесса стала лишней...
- И вот три дня назад была годовщина смерти моего супруга, и как велит вдовий долг, я посетила его родовую усыпальницу в базилике. Чем все закончилось, - ты знаешь.
- И что? - Удивленно спросил я. - Ты теперь до смерти будешь вдовствовать?
- Не думаю. Скорей всего отец подберет мне жениха, не сильно родовитого и публичного, но богатого и влиятельного. Ты точно подойдешь!
- Ну да! В лавке моего отца в Багдаде появится новая зеленоглазая купчиха, торгующая пряностями, а наш дом будет полон детворы шныряющей под ногами.
- Здорово! - Анна развернулась ко мне. - Разве это не счастье?! А вот перец, розмарин , базилик! - Подражая базарным торговкам, заголосила она. - Кто возьмет одну меру специй за двойную цену, вторую получит бесплатно! - И лукаво добавила. - Поверь! Из меня выйдет замечательная купчиха.
- Однажды я поверил одной даме, - сказал я. - Оглянуться не успел, как чуть было не стал мужем.
Но похоже меня, никто не слушал. Дива легла на меня, и чуть приподнявшись, повела своим гибким станом. Локоны каштановых волос ароматным ветерком прошлись по моему лицу, а ее идеальная грудь своими сосками пощекотала мою. Тут уже и мне стало не до разговоров. С тихим урчанием принцесса обнимает меня бедрами, и принимает позу наездницы. Взмах головы, и закрывающие лицо волосы искрящимся фонтаном вздымаются вверх, и опускаются за спину. Медленно поднимаю взгляд, на ставшие зелеными омутами глаза, плаваю в них недолго, и начинаю медленно и с наслаждением тонуть - затянувшийся антракт окончен.
Утром меня разбудил голос Вари:
- Подъем Саня! Солнце уже встало, у тебя впереди напряженный день . Завтрак через полчаса. И еще - подошел посыльный от Леонида. - Ваше высочество, и вы вставайте. - Ваше высочество в устах амазонки прозвучало как унизительное прозвище. - Ваши фрейлины, ожидая вас, уже пару часов топчутся у дверей.
Чуть хриплый, спросонья голос принцессы вежливо ответил:
- Исчезни чучело! Или прикажу запороть тебя на конюшне.
Тут послышался звук шагов и звонкий шлепок, и возглас Анны.
- Ай! Ты что дура, с ума сошла?! Я не посмотрю что ты шаманка! ... Ай!
- Когда превращу тебя в жабу, тогда и будешь квакать, - совершенно спокойно сказала Варя, и как ни в чем не бывало, елейно добавила. - Ваше высочество, вас ждут.
