Пока на верхних этажах, проходила экспроприация экспроприаторов, надо сказать весьма успешная, - казна города приятно удивила своей наполненностью, деньги выносили сундуками, точнее сундучками, я спустился в подвальное помещение, где располагалась городская тюрьма. Всех надзирателей мои парни заперли в караулке, и экскурсию привадил сам кум (начальник тюрьмы). Крепкий, словоохотливый старичок рассказал, что в настоящее время за решеткой находится пять десятков арестантов. Из них около трех десятков уголовники - воры, жулики бандиты. Полтора десятка должников, и шестеро "политических" - еретиков. Оказалось тюрьма не предназначена для отбывания определенного срока наказания, а использовалась как место задержания, и для каждой категории узников по-разному. Те же еретики находились за решеткой до смерти, или до тех пор, пока не откажутся от своих взглядов. Впрочем, больше года никто не протянул, - миска жидкой каши раз в сутки... Должники содержались до тех пор, пока родственники или знакомые не погашали треть долга. А кроме двух мисок каши они имели право на продуктовые передачи от родственников. Самое привилегированное положение занимали уголовники. В их продуктовую корзину каждый день входил хлеб, и даже раз в неделю рыба. Сидели они в тюрьме, как правило не долго, - ожидая приговора, а затем наказания. Должников и "политических" я амнистировал сразу, хотя двоим еретикам, недолго осталось наслаждается свободой. Длительное голодание необратимо повлияло на множество функций организма, и держались они разве что на упрямстве. С уголовниками сложней. Ворье, жулье, убийцы, теплых чувств у меня никогда не вызывали, так что сидите парни, где сидели. Но камеры все же обошел. Подойдя к последней двери, дедок гордо сказал:
- А здесь самый опасный, один из главарей ночной гильдии. Что-то не поделили они с судьей, и тот назначил за поимку Красса пятьдесят золотых. А тот не будь дурак, назначил сто золотых за голову судьи. Не прошло и недели как тело судьи нашли обезглавленным, в собственном доме...
Красс, если коротко описывать, вполне мог быть младшим братом Агапита, - атлет с окладисто черной бородой и презрительным взглядом. Недовольно прищурившись на свет факела, выругался и поинтересовался - какого хрена его беспокоят, если до ужина еще далеко. Кум невозмутимо ответил, что новый глава города инспектирует заведение и знакомится с заключенными. Бандит в ответ только презрительно сплюнул, и открыл было рот, чтоб в красках рассказать где он видел нового главу, но вместо этого округлил глаза уставившись на мою левую кисть.
- Откуда кольцо?!
- В кости выиграл! - с ухмылкой ответил я.
- Э... кхм, - смутился верзила, - как тебя звать?
- Ваши Багдадцем зовут.
- Тот самый Багдадец!? - еще больше округлил глаза Красс, - Палач Углеокой?..
- Можно и так, но мне больше нравится называться секретарем императрицы, или ее ангелом хранителем. А сегодня получается, я и твой хранитель - ты свободен!
- Да меня бы освободили, и без твоей помощи! - Наглая, снисходительная улыбка. - Кому надо уже заплатили. Так что на особую благодарность не рассчитывай.
В ответ я безразлично дернул плечом, и перевел взгляд на начальника тюрьмы, который все это время грел уши, и кажется перестал дышать, боясь пропустить хоть слово из нашего диалога. Почувствовав мой пристальный взгляд, Кум втянул голову в плечи, и постарался стать незаметным.
- Слушай Багдадец, тут про тебя такие слухи ходят! - без перехода продолжил Красс. - Будто твои наложницы исключительно принцессы и королевы! А твоя служанка - ведьма - вместо глаз у которой, горящие угли! И она своими молниями может косить людей сотнями, и ей все равно грешник ты или святой отец, да хоть викарий!
- Ну да! - улыбаясь ответил я. - Все так и есть!
Бандит хрюкнул, давясь от смеха, затем хлопнул себя по ляжке, и заржал в голос. Внезапно смех резко оборвался. словно выключили звук, а его застывший взгляд смотрел куда-то за мое плечо. Обернувшись, увидел Варю, и сам едва не вздрогнул. Худощавое бледное лицо и стянутые в хвост белые волосы амазонки в причудливой игре света от горящего факела, напоминало череп. Многократно усиливали это сходство черные очки, в которых отражались блики огня. Действительно похоже на горящие угли в глазницах. Не обращая внимания на онемевших в ужасе чужаков, Секретарь сообщила, о прибытии посыльных, и прикрывая носик платочком - вонь в тюряге еще та, - исчезла, будто ее и не было.
- ... И передай своим, - перед тем как покинуть камеру Красса, напутствовал я зека. - Чтоб не нарывались, будут бузить, хватится за оружие - и сами сдохнут, и спровоцируют имперцев. А их злить не стоит, иначе все пострадают, а от города камня на камне не останется. И другим порекомендуйте, чтоб тихо сидели по домам....
