Ганибесов много читал. Сын рабочего, рано познавший нужду, он не имел систематического образования, самостоятельным настойчивым трудом приобретал знания. Первые его творческие опыты относятся к 30-м годам. Ганибесов активно сотрудничает в журнале «Залп», пишет очерки и рассказы о близкой ему красноармейской среде. На этом же материале написано и первое крупное произведение писателя — повесть «Эскадрон комиссаров», опубликованное в 1931 году.
Ганибесова переводят в Ленинград, он вливается в большую семью ленинградских писателей.
Повесть «Эскадрон комиссаров» раскрывает тему, мало исследованную в советской литературе. Это — мирная жизнь и быт Красной Армии 30-х годов.
…Все началось с того, что красноармеец Миронов получил из родного дома, с Урала, «вовсе ералашное» письмо. Старик-отец ему писал:
«… а так больше ничего нового нету. Были у нас казенные подрядчики и набирали народ, говорили, что будут строить новый город, поблизости Кустанаю. Дома в этом городе будут все кирпичные и каждый в пять этажей, на всех будет баня одна, но только, конечно, большая. Город этот будет социалистической, тоись в ем будут жить одне партейные. А посередь города построят завод, и будет он вытапливать из земляной руды мильон вагонов железа. Врет, думаю, он, но только зачем же он тогда авансы раздавал? А так — больше ничего нового нету».
Сбитый с толку Миронов письмо никому не показывал, чтобы не засмеяли, а сам вечерами еще и еще раз перечитывал новости о социалистическом городе и, наконец, решил:
«Свихнулся мой батя. Заговариваться стал».
Не один Миронов встревожен вестями: Савельев, Карташев, Силинский тоже взволнованы теми событиями, что происходят дома.
Властно и неуклонно входит новое в сознание бойцов. Тысяча сомнений в головах бывших крестьян, еще не успевших научиться приводить в порядок корявые мысли, от которых горяче́й становилась голова.
Жанровые короткие сцены, подобные той, что мы привели, сочетаются в повести с авторскими страстными комментариями, придающими стилю «Эскадрона комиссаров» ярко выраженную публицистическую направленность.
«Время наплывало булгашное и горячее, как перед большими праздниками или страдой в деревне.
Еще с самой ранней весны красноармейцы почувствовали, что в стране назревает что-то огромное. Это назревающее охватывало деревню, город, армию и всю страну.
Все чаще слышали красноармейцы о пятилетке.
На политзанятиях, собраниях, на беседах коммунистов эскадрона они слышали о пятилетке и зимою, но тогда это проходило бледно, как совершенно отдаленное.
Весною же, со времени партийной конференции, пятилетка, которую красноармейцы принимали как несбыточную фантазию, вдруг стала реальна. Для каждого из них, в том числе для Баскакова, Миронова и даже Ковалева, стало ясно, что пятилетка — это факт, это сегодняшняя действительность».
Дыхание эпохи 30-х годов — вот что является главной чертой вдохновенной повести Ганибесова. Оно — в поэтическом отражении борьбы нашего народа в годы первых пятилеток за высокую производительность труда, за новые социалистические темпы, за создание первых колхозов в деревне; в раскрытии главного: роста социалистического сознания в каждом рядовом труженике, решении проблемы новой, коммунистической морали. И в этом плане повесть Ганибесова «Эскадрон коммунистов» не уступает таким популярным произведениям 30-х годов, как «Поэма о топоре» Н. Погодина, «Время, вперед» В. Катаева, «Гидроцентраль» М. Шагинян.
Повесть Ганибесова роднит с ними не только проблематика, но и принципы воплощения реальной действительности: показ созидательной силы партии и народа, разбуженного Великим Октябрем, стремление дать характеры в революционном развитии.