Граблин пришел в армию неграмотным батраком, а спустя несколько месяцев он пишет в деревню «агитирующее» за колхоз письмо: «Здравствуй, дядя Сидор Филипыч… Вот я в Красной Армии научился политзанятию. Была конференция партийная всего Союза ССР. Всем батракам и беднякам велено организовать колхоз, как против буржуев-кулаков. Организуют колхоз обязательно. А я из Красной Армии приду — тоже заступлю. Вы трактор покупайте, а я трактористом изучусь здесь». По-своему, но, главное, убежденно излагает Граблин в письме почерпнутые на политучебе исторические сведения: «Были в Англии крестьяне-мужики, а их всех съели овцы буржуйские, а на самом деле не овечки, а буржуи-кулаки сжили с местов, землю всю отобрали, а на той земле овечек стали пасти для шерсти…». И с видимым удовольствием ставится подпись под письмом: «Пётра Сергеич Граблин».
Целый ряд отрывков из писем, включенных в повесть, мастерски воспроизводит колорит эпохи и способствует индивидуализации персонажей.
История развития характера красноармейца Ковалева подчинена в повести раскрытию проблемы коллектива. Разухабистый и беспутный парень Илья Ковалев был всегда уверен, что товарищи завидуют его ловкости, удальству. Постоянные отлучки по ночам в деревню на гулянку он рассматривал как молодечество. А что до начальства, то его всегда обмануть можно, выкрутиться. Все разговоры о соревновании, о колхозах идут мимо Ковалева, так и не увидел он то новое, что объединяло бойцов взвода против него. В первый раз в жизни почувствовал Ковалев робость и неуверенность, видя отчуждение товарищей, смотревших на него как на преступника и отщепенца. Первые раздумья о себе, о своем месте в строю — залог будущего изменения характера. Ганибесов умеет в коротких жанровых картинках дать индивидуальные характеристики. Приведем к примеру такую сцену.
«Больше всего Илью кольнула заметка Граблина — второвзводника, который и писать-то научился только перед лагерями.
«Товарищ Ковалев у нас по Ленинской путе не идет», — писал Граблин.
«Вот собака! — злился Ковалев. — По какой же я, по-евонному, путе иду? По буржуазной, что ли? При чем тут Ленин? Дураку-то и грамота не впрок».
Ганибесов поэтизирует в повести силу и величие армейского коллектива, способного очистить человека от скверны прошлого, от потребительского отношения к жизни. Поэзия коллектива, его становление под руководством политкомиссаров эскадрона и составляет пафос повести Ганибесова.
Люшкин, Граблин, Ковалев, еще пять-шесть персонажей, судьба которых прослеживается в отдельных сценах, дополняя друг друга, в целом и создают собирательный портрет красноармейской массы.
В изображении коллектива бойцов в повести Ганибесова «Эскадрон комиссаров» ощутимо раскрывается одна из новаторских традиций советской литературы.
Классическая русская литература дала нам образцы решения гуманистической темы. Например, в повести «Поединок» А. И. Куприн с большим мастерством художника-реалиста запечатлел трагедию рядового солдата царской армии. Во всем неприглядном обличье показал писатель этот «оплот» царского правительства. Бездарность и тупость командования, прожигающего дни в разврате и пьянстве, жестокая муштра вместо сознательной дисциплины — такова обстановка, воспроизведенная в «Поединке». И в этом бесчеловечном мире Шульговичей, Веткиных и Бек-Агамаловых влачат свое скорбное существование солдаты типа Хлебникова. Образ Хлебникова у Куприна вырастал в символ беспросветной солдатской массы. Жалкий, забитый человек — таким нарисован Хлебников.
В уста поручика Ромашова Куприн вкладывает свои мысли о Хлебниковых:
«Они обезличены и придавлены собственным невежеством, общим рабством, начальническим равнодушием, произволом и насилием».
Реалистическая повесть Куприна наглядно показала гнилость царской армии, объективно (сам Куприн приходил лишь к абстрактным выводам) показывала несостоятельность всего буржуазно-помещичьего строя.