Конечно, невозможно пройти мимо замечаний, исходящих от столь незаурядного литературного художника, как мистер Лоренс Хоусмен. Но здесь я не стану специально касаться его хорошо известных взглядов относительно права голоса для женщин [154], скорее всего, остановлюсь на другой идее, лежащей, как я полагаю, в основе его, а если не его, то, во всяком случае, в основе каких–либо других концепций, — идее, которая связана с подлинной историей Англии. Ибо подлинная история настолько реально отличается от фальшивой официальной истории, рассказываемой правящими классами, что к настоящему времени сам рабочий класс в значительной степени подзабыл собственный исторический опыт. Обе истории можно логически увязать с избирательным правом для женщин, именно поэтому я пока оставляю эту проблему в покое…
Итак, обычная версия истории Англии, которую более или менее образованные люди впитывают с детских лет, излагается примерно следующим образом. Мы выбились из полуневежества, когда вся власть и все богатства были в руках королей и немногочисленных аристократов. Сначала была сломлена власть короля, а затем в свою очередь и власть аристократов. Это постепенное улучшение было достигнуто благодаря тому, что у классов поочередно пробуждалось гражданское самосознание и они требовали себе, зачастую с помощью бунта и насилия, места в государственном управлении. Наконец, в результате таких грозных общенародных выступлений всем классам, одному за другим, было предоставлено право голоса, которым они все больше и больше пользовались для улучшения собственных социальных условий, и так до тех пор, пока мы практически не добились демократии, плодами которой пока не пользуются только женщины. По–моему, никто не станет отрицать, что примерно таково в общих чертах представление о нашей истории у всякого образованного человека, читающего газеты, равно как и у газет, которые он читает. Такую же версию преподносят в школах и колледжах. Это часть культуры всех классов, имеющих вес в правительстве. И во всем этом от начала до конца нет ни единого слова правды…
Право голоса в Англии никогда не предоставлялось широко и свободно; половина мужского населения не имеет его, да и вряд ли получит. К тому же оно никогда не предоставлялось в ответ на давление пробужденных слоев простого народа. В каждом конкретном случае был совершенно очевидный повод для предоставления права голоса исключительно в интересах аристократии. Билль о реформе парламента не только не был принят под влиянием бунтов, разрушивших резиденцию короля, но и ничего не дал тем, кто штурмовал ее [155]. Билль о реформе парламента был принят с целью закрепить альянс между аристократами–землевладельцами и богатыми заводчиками севера (и они правят нами до сих пор); главная же цель этого альянса — воспрепятствовать получению народными массами Англии какой–либо политической власти, что было возможно в период всеобщего возбуждения, вызванного Французской революцией. Нельзя не понять этого, прочтя, например, речь Маколея о чартистах [156]. На предпринятое Дизраэли расширение права голоса повлияли не энергичная деятельность интеллигенции, не отвлеченная республиканская теория сельскохозяйственного рабочего средневикторианской эпохи, а расчет политика, увидевшего возможность оставить в дураках вигов и сообразившего, что определенная ортодоксальность наиболее богатой части ремесленников может быть ему на руку в борьбе с радикалами [157]. А в то время, как олигархии исключительно в своих интересах вели эту закулисную игру с видимостью права голоса, на самом же деле вовсю шел процесс лишения бедных слоев всяческой власти и состояния, пока они не оказались на грани рабства. Такова история Англии глазами рабочего.
