Главное занятие - рациональная агрономия, введенная юным хорунжим, выписавшим от Леухина на 5 р. 40 к. книг по сельскому хозяйству. Главная отрасль хозяйства - это сплошное убийство, не перестающее в течение дня ни на минуту. Убивают воробцов, ласточек, шмелей, муравьев, сорок, ворон, чтобы они не ели пчел; чтобы пчелы не портили цвета на плодовых деревьях, бьют пчел, а чтобы деревья эти не истощали почвы, вырубают деревья. И таким образом получается круговорот, хотя и оригинальный, но основанный на последних данных науки.
К одру отходим в 9 ч«асов» вечера. Сон тревожный, ибо на дворе воют Белоножки и Мухтары, а у меня под диваном неистово лает им в ответ Цетер. Будит меня стрельба: хозяева стреляют в окна из винтовок в какое-нибудь животное, наносящее вред хозяйству. Чтобы выйти ночью из дому, нужно будить хорунжего, иначе собаки изорвут в клочья, так что сон хорунжего находится в полной зависимости от количества выпитого мною накануне чая и молока.
Погода хорошая. Трава высока и цветет. Наблюдаю пчел и людей, среди к«ото»рых я чувствую себя чем-то вроде Миклухи-Маклая. Вчера ночью была очень красивая гроза.
Что у нас тут роскошно, так это горы. Местность такова: Недалеко шахты. Завтра рано утром еду в Ивановку (23 версты) за письмами, на дрогах и в одну лошадь.
У меня геморрой и болит левая нога. Получил от Миши одно письмо от 14 апр«еля». От Александра писем не имею.
Едим индюшачьи яйца. Индейки несутся в лесу на прошлогодних листьях. Кур, гусей, свиней и пр. тут не режут, а стреляют*.
Прощайте.
А. Чехов.
Кланяюсь. * Стрельба непрерывная.
1 мая 1887 г. Рагозина Балка.
1-го мая.
Получаемые на мое имя письма держи при себе и уже не высылай на ст. Крестную. Скоро увидимся. Поклонись папе, маме, Володе и девочкам.
Твой А. Чехов. На обороте:
Таганрог
Георгию Митрофановичу Чехову.
5 мая 1887 г. Рагозина Балка.
5 май.
Вчера, добрейший Николай Александрович, ездил я в почтовое отделение в Ивановку (23 версты) и получил там 2 Ваших письма: одно, адресованное Вами в Крестную, другое, пересланное мне из Таганрога. Почта здесь почитается роскошью, а посему почтовых учреждений немного, да и те сидят без дела… Чтобы получить письмо или газету, надо ждать оказии, а нарочно за корреспонденцией тут никто не ездит. Если будете часто ездить зря, т. е. за газетами, то Вы рискуете прослыть бездельником, вольнодумцем и социалистом.
Вы напрасно сердитесь на мое молчание. Рад бы писать, да почты нет. И послал я Вам не одно письмо, как Вы пишете, а два: одно в Питер, а другое в село Ивановское.
Сейчас я еду в Славянск, а оттуда в Святые горы, где пробуду 3-4 дня в посте и молитве. Из Святых гор в Таганрог…
Ужасно: у меня 53 рубля - только. Приходится обрезывать себе крылья и облизываться там, где следовало бы есть. Езжу теперь в III классе, и как только у меня останется в кармане 20 р., тотчас же попру обратно в Москву, чтобы не пойти по миру.
Ах, будь бы у меня лишних 200-300 руб., показал бы я кузькину мать! Я бы весь мир изъездил! Гонорар из "Пет«ербургской» газ«еты»" идет в Москву, семье. Возлагаю большие надежды на осколочный гонорар, к«ото»рый просил В«иктора» В«икторови»ча выслать мне в Таганрог.
Жил я в последнее время в донской Швейцарии, в центре так называемого Донецкого кряжа: горы, балки, лесочки, речушки и степь, степь, степь… Жил я у отставного хорунжего, обитающего на своем участке вдали от людей. Кормили меня супом из гуся, клали спать на деревянный диван, будили стрельбой из ружей (в кур и гусей, которых здесь не режут, а стреляют) и визгом наказуемых собак, но тем не менее жилось мне превосходно. Впечатлений тьма. Поживи В«иктор» В«икторович» со мной один день, он или удрал бы, или же вообразил бы себя где-нибудь в Сингапуре или Бразилии. Вообще я доволен своей поездкой. Неприятно только безденежье. Невероятно, по верно: я выехал из Москвы с 150 рубл«ями».
Прощайте. Подана лошадь. О геморрое потом. Сегодня я в дороге буду до ночи.
Ваш А. Чехов.
Почтение Вашим.
5 мая 1887 г. Часов-Яр.
5 май. Станция Часов-Яр.
6 1/2 часов вечера.
Еду от Кравцова в Славянск, откуда направляюсь (ночью) в Святые горы.
Из Св«ятых» гор - в Таганрог, куда потрудитесь написать о дне выезда на дачу.
Теперь мои критики имеют полное право сравнивать меня с Лейкиным: я хромаю на левую ногу, к«ото»рая болит.
Деньги на исходе. Если останусь без копейки, то поступлю в Таганроге в михайловские певчие.
Погода чудесная. Виды восхитительные. Напоэтился я по самое горло; на 5 лет хватит. Поклоны.
Чехов.
Когда Иваненко поедет домой? На обороте:
Москва,
Кудринская Садовая, д. Корнеева
Марии Павловне Чеховой
11 мая 1887 г. Таганрог.
11 май. Таганрог.
